Мой брат, убивший меня. Прощай реальность!

Раньше я не умел стрелять, этому пришлось научиться отдельно, в целях повышения уровня самообороны.

Врагов я не добиваю. Если они остались живы, значит, им повезло, и пусть подумают, стоит ли приходить за мной еще раз! И даже если они в бронниках, то в себя придут не сразу. А это дает мне фору.

Однако пора отсюда уходить, выстрелы наделали шуму во дворе, значит, скоро здесь будут те, с кем мне тоже встречаться не хочется.

Уже через минуту я покидаю двор с другой стороны, а через пять – поднимаю сто грамм за свое здоровье в том самом баре, в который и направлялся.

Ко мне подсаживается Барби, местная проститутка, миловидная блондиночка лет двадцати пяти и ласково улыбается.

– Нет клиентов? – я ей подмигиваю.

Она молча мотает головой, отчего ее волосы взлетают, и я ловлю себя на мысли, что, если бы она была не на панели, то, возможно, мы бы могли…

Впрочем, эту мысль тут же сменяет другая. Я вспоминаю о своих врагах. Нет, мне нельзя ни с кем себя связывать!

Но мне не мешает расслабиться, тем более что я, вроде как, только с поля боя.

А что лучше всего расслабляет, как не водка и секс?

Поэтому я делаю ей неприличное предложение. Но для нее это предложение – вполне пристойное и, к тому же, стоящее. И она в восторге, тем более что занять себя ей больше нечем.

– Пошли, котик, – мурлычет она, и мы отправляемся в ее квартирку.

Да-да, именно в ее квартирку, потому что в свою я уже больше не вернусь – наступает новый этап моей жизни.

Мы проводим этот час, занимаясь тем, что уже мной оплачено.

Час кончился.

– Мне было очень хорошо, котик, – мурлычет Барби, – не продлишь, дорогой?

– Пожалуй, нет, куколка, – отвечаю я, к которому, вместе с опустошением, пришло умиротворение, – у меня еще есть одно дельце на сегодня.

– Жаль, – вздохнув, Барби поднимается и шлепает в душ.

Я же, разглядывая ее задний фасад, задумчиво зеваю.

Надо еще найти сегодня новую квартиру. С этой вялой мыслью, я прикрываю глаза и отрубаюсь…

Кто-то трясет меня за плечо.

Я открываю один глаз, ожидая увидеть Барби, но передо мной стоит пожилой невысокий мужичок, кажущийся мне смутно знакомым.

В голове включается сирена, и я сую руку под подушку, где всегда у меня лежит ствол.

– Ты это ищешь, Макс? – интересуется мужичок, подмигивает мне, и показывает пистолет, который небрежно держит в руке, как человек знающий.

И, что самое странное, его голос мне тоже кажется знакомым.