Начало всего

Зато оно обтягивало ее фигурку во всех нужных местах, и она более не выглядела Мужланкой Кэссиди.

Я выбросил пустой пакетик из-под сахара и направился в сторону кабинета ораторского искусства.

– Это называется «тартл», – произнесла Кэссиди, следуя за мной. – Если тебе интересно.

– Что называется «тартл»?

– Пауза в разговоре, когда ты собираешься кого-то представить, но забыл имя этого человека. В Шотландии есть для этого слово: «тартл».

– Потрясающе, – кисло отозвался я. По правде говоря, мне это действительно было интересно, но я все еще злился на Кэссиди за ее выходку на уроке испанского.

– Подожди, – попросила она. – Насчет вчерашнего… Я не знала. Боже, ты, наверное, ненавидишь меня. Разрешаю тебе пронзить мое сердце невидимой стрелой.

Кэссиди остановилась и зажмурилась, словно ожидая, что я подыграю. Когда я этого не сделал, она нахмурилась и снова меня догнала.

– Ты не подумай, я не расспрашивала о тебе специально. Вся школа говорит о тебе. И, кстати, если мы не поспешим, то опоздаем на урок.

– Не я иду с тобой, а ты – со мной, – отозвался я.

Кэссиди прикусила губу. Видимо, догадалась, почему я не проводил ее вчера на урок литературы. Между нами ненадолго повисла понимающая тишина.

– Какой у тебя сейчас урок? – нарушил я ее.

– Ораторское искусство. – Кэссиди изогнула губы в легкой усмешке.

Она, как и я, выбрала этот предмет как меньшее из зол?

– У меня тоже. Слушай, тебе лучше не плестись со мной. Иди вперед.

– Чтобы ты застрелил меня невидимой стрелой в спину? – фыркнула она.

В итоге мы вместе опоздали на урок.

– Фолкнер! – просиял Тоби.

Он пристроил зад на учительском столе, и на его шее красовался очередной вгоняющий всех в ступор галстук-бабочка. Урок еще не начался, и мало кто сидел на своем месте. Сквозь маленькое окошко в двери я видел в смежной комнате мисс Уэнг, разговаривавшую с учителем журналистики.

Тоби соскользнул со стола и, увидев Кэссиди, чуть не подавился собственным языком.

– Что ты здесь делаешь? – выпалил он.

– Вы знакомы? – нахмурился я, переводя взгляд с одного на другую.

Кэссиди выглядела шокированной, выражение лица Тоби трудно было понять.

– Кэссиди… – Тоби, видимо, хотел что-то сказать, но передумал и закончил фразу по-другому: – Она у нас – первая скрипка.

Кэссиди явно чувствовала себя не в своей тарелке.

– Скрипачка, что ли? – удивился я.

– Он не о музыке. – Она поморщилась, словно эта тема была ей неприятна.