Час Купидона. Часть III. Момент истины

 – Вам требуются объяснения? Доказательства? Или понадобится представить его лично обер-камергеру двора? Или самому королю?

– Да. Да. И ещё раз, да! И последнее также не исключено, – отвечая на эти вопросы, дю Плесси-Бельер обратил взгляд в окно как раз в тот момент, когда перед ними открылся вид на противоположную сторону реки и башни длинного здания Гранд Шатле.

– У вас может возникнуть одна неприятная загвоздка. Малец находится под арестом по моему приказу, – отвлёк его Ла Рейни, как за соломинку ухватившись за новый предлог, чтобы убедить его отказаться от этой затеи.

 – Мы можем войти и допросить его. Но вывести за пределы Гранд Шатле без разрешения, подписанного главным комиссаром Шатле, невозможно.

– Могу я встретиться с ним? Кто он этот главный комиссар? Какой он человек? – дю Плесси-Бельер уже прикидывал про себя, как провести торг с человеком, в чьей власти было принятие решения арестовать и запереть в камере любого человека, но не было возможности никого освободить из-под стражи без особого приказа.

 – Так какой документ необходимо представить этому человеку? Достаточно ли будет явиться к нему от имени короля?

– Полагаю, что приказ главного прокурора Парламента или судьи… Или магистрата, – Ла Рейни загибал толстые крепкие пальцы, перечисляя должности известных ему людей, репутация которых была достаточно весомой в глазах главного комиссара.

– А как насчёт приказа, подписанного самим королём? Или, скажем, обер-камергером королевского двора?

– Это, безусловно, да! Я думаю, да, – не уверенно ответил на это Ла Рейни и ухватился за ручку, прибитую к стене, чтобы удержаться, когда карета резко накренилась на крутом повороте прежде, чем остановиться у ворот во внутренний двор тюрьмы.

– Дальше мы пройдём пешком! – выкрикнул Франсуа-Анри, требовательно постучав кулаком в потолок.

Доезжачий тут же соскочил с запяток кареты, поспешно открыл дверь и откинул подножку. Дю Плесси-Бельер вышел первым.

Оставив тёплую пелерину на сиденье в карете, он тут же закутался в плащ, поднял воротник и надвинул шляпу на лоб.

– Ждите нас у моста! Мы скоро, – распорядился он и кивнул Ла Рейни, предлагая идти первым. – Будьте моим Вергилием в этой мрачной обители, дорогой комиссар, – пошутил он, справедливо полагая, что юридическое образование Ла Рейни позволит ему оценить сравнение с героем «Божественной комедии» по достоинству и принять это как комплимент.