Скажи «сыр» и сгинь!

Хотя нет, все уже смотрели не на него, а на дом Коффмана – в молчаливой задумчивости.

– А знаете, Майкл прав, – сказал Птаха, хлопнув Майкла по спине – размашисто, со всей дури, так, что тот аж присел и невольно привалился к нему. – Давайте разведаем там все внутри.

– Черта с два, – покачал головой Грег. – Жутковатое местечко, нездоровое какое-то.

– Ну и что? – прищурилась Шери.

– Ну и то. Не знаю. – Грегу не нравилось, что роль самого осторожного вечно доставалась ему. Над слишком чувствительными людьми, увы, слишком много смеются.

– Не думаю, что нам стоит соваться в заброшенный дом, – подвел он черту.

– Да ты, я смотрю, струсил! – выкрикнул Птаха.

– О да, Грег – боязливая цыпа, – поддакнул Майкл.

Птаха сунул руки под мышки и захлопал локтями, издавая квохчущие звуки. Правда, с учетом всех его «птичьих» черт и особенностей, на цыпу сейчас походил как раз-таки он.

Грегу сейчас не хотелось смеяться, но он не сдержался. Таков уж был Птаха – вечно его веселил. Его кудахтанье в итоге и подвело черту всем спорам – и вот все четверо уже стояли у подножия раскрошившихся бетонных ступенек, что взбирались на веранду.

– Гляньте-ка, окно рядом с дверью разбито, – подметила Шери. – Мы сейчас можем просто забраться в него и открыть дверь изнутри.

– Ну и здорово! – потер руки Майкл.

– Мы это все всерьез? – уточнил у друзей с присущей ему осмотрительностью Грег.

Паучарой прозвали странного вида мужчину лет пятидесяти-шестидесяти на глаз. Друзья частенько видели его слоняющимся по городу – одетого во все черное, шагающего на своих тонких, как лапки паука, ногах. Вероятней всего, он был бездомным бродягой или перекати-полем. Никто о нем ничего не знал наверняка – ни откуда он явился, ни где жил; но много кто видел его в окрестностях дома Коффмана.

– Мне кажется, Паучара гостей не жалует, – предупредил Грег.

Но Шери уже пролезла в осиротевшую раму и пошла ко входной двери. Много сил на то, чтобы провернуть медную ручку, ей не потребовалось – тяжелая деревянная дверь со скрипом распахнулась парням навстречу.

Один за другим они переступили порог. Грег, поколебавшись, зашел последним. В доме царил мрак, тонкие столбики солнечного света еле-еле находили сюда путь сквозь густые кроны деревьев перед домом. Тусклые блики гуляли по старому бурому ковру под ногами ребят.