Монстры грязи не боятся

Народ вокруг меня дружно заохал.

Один из шмелей стукнул меня по плечу и скатился в траву.

Второй отлетел в сторону Шлема и приземлился у него на груди.

– Фу! Брысь! – заголосил Шлем. Ухватив подол своей футболки обеими руками, он стал трясти ее изо всех сил, посылая по ткани «волны» и зачем-то потешно пританцовывая на месте.

Кто-то тоже закричал, однако по большей части наши принялись хохотать от души.

Я уставился на шмеля, который упал в траву. Тот вдруг воспарил с громким «ж-ж-ж» – и взял курс прямо мне в лицо.

– Ядрен-батон! – завопил я, и, отгородившись от атаки руками, грохнулся на колени в траву.

Сквозь раскатистый хохот одноклассников я услышал, как мистер Мелвин произнес сухим голосом:

– Думаю, пора назад в школу.

Кортни одарила меня самодовольной улыбочкой, когда я проплелся мимо нее по проходу в автобусе. Глядя прямо перед собой, я прибавил шагу, не обращая внимания на ее манеры.

Кто-то жужжал мне вслед, кто-то шипел на змеиный манер. Конечно, всем пришлось по душе, что мы со Шлемом повели себя как последние паникеры – сразу нашлось на ком оттянуться.

Со вздохом я опустился на самое последнее сиденье. Шлем приземлился рядом со мной и надвинул кепку на самые глаза.

Сиденье тянулось через всю заднюю часть автобуса. К нам присоединились Молли и Шарлин. Шарлин яростно жевала жвачку. Молли пыталась отлепить резинку от брекетов.

Никто из нашей компании не произнес ни слова, пока автобус не тронулся. Но потом нас, конечно, прорвало.

– Она думает, круче ее нет, – пробормотал Шлем с несчастным видом.

– Ведет себя так, будто ничего не боится, – ему в тон добавила Шарлин. – Тоже мне, Чудо-Женщина.

– Брошаться в Эдди шмелями – идиотишм, – добавила Молли. Она шепелявила из-за того, что запустила пальцы в рот – все никак не получалось отлепить жвачку от брекетов.

– Так она ж знает, что Эд – трусишка, – пояснил Шлем. – Знает, как он себя в таких ситуациях обычно ведет. На то и был расчет!

– Ну, и ты тоже! – воскликнул я, вовсе не желая, чтобы это прозвучало так по-детски.

– Эй, я на твоей стороне! – ответил Шлем и пихнул меня.

Я не стал медлить с ответным пихом. Уж больно злость распирала – прежде всего на себя самого.

– Должно же быть что-то, чего боится Кортни, – задумчиво произнесла Шарлин.

Автобус встал на красный свет. Выглянув в окно, я увидел, что мы ехали по дороге, ведущей к речке Грязноструйке.

– Может, она боится Грязевых Монстров, – предположил я.