Добро пожаловать в мертвый дом

– Мы с женой лет четырнадцать. А дети всю жизнь.

– Да, переезд на новое место – дело тяжелое, – сочувственно проговорил мистер Доус и поглядел на меня. – Знаешь, Аманда, я сам переехал сюда, в Темные Пороги, всего несколько месяцев назад. И поначалу мне тоже здесь не понравилось. Но теперь я ни за что отсюда не уеду! – И он подмигнул мне. Когда он улыбался, у него на подбородке появлялась симпатичная ямочка. – Пойдемте в дом. Внутри очень мило. Вот увидишь. – И он снова мне подмигнул.

Мы пошли за ним.

– А в этом квартале есть другие дети? – спросил Джош с вызовом.

Мистер Доус кивнул.

– Школа в двух кварталах отсюда. – И он кивнул направо.

– Вот видишь! – сказала мама. – Не придется каждое утро ездить в школу на автобусе.

– Мне нравилось ездить на автобусе, – стоял на своем Джош.

Он уже все для себя решил. Теперь он маме с папой житья не даст. Будет ныть до скончания века.

Я не знаю, чего он добивался своими капризами. У папы и так было много забот.

Мне, например, тоже не хотелось переезжать. Но я понимала, что этот дом для нас – подарок судьбы! В старом доме нам и правда было тесно. А когда папа его продаст, у нас будет достаточно денег, чтобы уже никогда о них не беспокоиться.

Джош мог бы и не так бурно выражать свой протест. Уж зайти в дом и посмотреть – от этого он не умер бы. А вдруг нам там понравится?

Все-таки мой брат – редкостный свинтус, решила я, и тут мое внимание отвлек шум в машине.

Пити – это наша собака. Белый курчавый терьер. Забавный и симпатичный. И, как правило, очень послушный. Обычно он спокойно ждал нас в машине. Но сейчас будто взбесился. Лаял, скулил и скребся в окно, требуя, чтобы его выпустили.

– Пити, успокойся! – крикнула я. Он всегда меня слушался.

Однако не на этот раз.

– Я выпущу его! – И Джош припустил к машине.

– Нет. Погоди… – попытался остановить его папа.

Но Джош вряд ли услышал его из-за пронзительного визга Пити.

– Пусть собака тоже посмотрит, – сказал мистер Доус. – И ей ведь здесь жить.

Пити несся к нам по лужайке перед домом, разбрасывая на бегу палые листья и заходясь истошным лаем. Он радостно наскакивал на всех нас по очереди, будто мы не виделись целый месяц. А потом, к нашему несказанному удивлению, зарычал на мистера Доуса.

– Пити, прекрати! – прикрикнула на него мама.