Замок лорда Валентина

В разговор неожиданно вмешался Аутифон Делиамбер:

– Могу ли я дать совет?

Валентин не заметил, как подошел маленький колдун-вруун, и с удивлением посмотрел вниз.

– Извини, – не смущаясь, сказал колдун, – я подслушал случайно. Ты думаешь, тебя тревожили послания?

– Эти сны не могут быть ничем иным.

– Ты уверен?

– Я ни в чем не уверен, даже в собственном имени или в том, какой сегодня день недели.

– Послания редко бывают двусмысленными. Когда говорит Король или Повелительница Снов, сомневаться не приходится, – ответил Делиамбер.

Валентин покачал головой.

– Все эти дни моя голова как в тумане. Я ни в чем не уверен. Но эти сны раздражают меня. Мне нужен ответ, хотя я даже не знаю, как сформулировать вопрос.

Вруун потянулся вверх и одним из своих тонких, хитро переплетенных щупалец взял Валентина за руку.

– Доверься мне. Твой мозг, может быть, и затуманен, но мой – нет, и я отчетливо вижу тебя. Мое имя Делиамбер, твое – Валентин, сегодня пятый день девятой недели лета, и в Фалкинкипе есть толковательница снов Тизана – она мой друг и союзница.

– Вреда? Какого вреда?

– Иди к Тизане, – твердо повторил Делиамбер.

Валентин нашел Залзана Кавола, который разговаривал с кем-то из городка. Он как раз закончил беседу и повернулся к Валентину.

– Я прошу разрешения, – сказал Валентин, – провести ночь Звездного дня не с труппой, а в Фалкинкипе.

– Это тоже дело семейной чести? – язвительно спросил Залзан Кавол.

– Личное. Можно?

Скандар пожал всеми четырьмя плечами.

– В тебе есть что-то странное, и это беспокоит меня. Делай как хочешь. Завтра мы даем представление на ярмарке. Спи где хочешь, но рано утром в День солнца будь готов. Ладно?

Глава 12

По сравнению с громадным Пидруидом Фалкинкип оказался довольно заурядным, но в то же время отнюдь не незначительным местным центром.

Население Фалкинкипа насчитывало около трех четвертей миллиона, и впятеро больше людей жили в прилегающих пригородах. Но ритм его жизни, как заметил Валентин, отличался от того, который был свойствен Пидруиду. Жители Фалкинкипа двигались неторопливо и казались более осмотрительными и флегматичными.