Остров Сокровищ

Я решил быть мужественным и опустился на колени. На полу, около руки капитана, лежала круглая бумажка, зачернённая с одной стороны. Я не сомневался, что это и была «чёрная метка», о которой говорил покойный капитан. Взяв бумажку в руки, я увидел на одной стороне её ясно и чётко написанное: «Сегодня в 10 часов».

– В 10 часов, – сказал я, и как раз в эту секунду начали бить наши старые стенные часы. Этот неожиданный звук заставил нас вздрогнуть. Но затем мы обрадовались: пробило только шесть.

– Теперь, Джим, – сказала мать, – надо отыскать ключ от сундука!

Я обшарил карманы капитана, один за другим.

Несколько мелких монет, напёрсток, нитки и толстые иголки, начатый свёрток табаку, карманный компас, нож с искривлённой ручкой, огниво – вот всё, что я нашёл в них, так что начал уже приходить в отчаяние.

– Может быть, у него на шее! – сказала мать.

Преодолев сильное отвращение, я разорвал ворот его рубашки. Действительно, кругом шеи, на просмолённой верёвке, которую я разрезал его же ножом, висел ключ.

Эта удача придала нам отваги, и мы поспешили наверх, в ту маленькую комнатку, где капитан так долго прожил, и где стоял с самого приезда его сундук.

Этот сундук по виду ничем не отличался от тех, какие бывают у матросов. На крышке его была выжжена раскалённым железом буква Б, а углы потёрлись и расщепились, точно от долгого употребления.

– Дай мне ключ! – сказала мать и, несмотря на тугой замок, повернула его и в одно мгновение откинула назад крышку сундука.

На нас пахнуло сильным запахом табака и дёгтя. Сверху лежало платье, старательно вычищенное и сложенное. По словам матери, капитан, должно быть, никогда не надевал его. Под платьем лежала всякая смесь: тут был и квадрант, и обложки от табака, и две пары красивых пистолетов, старые испанские часы и разные безделушки, ценные только для воспоминаний владельца, была здесь также пара компасов, оправленных медью, и пять или шесть интересных вест-индских раковин.

Мы ничего не нашли ценного, кроме куска серебра и некоторых мелочей. Ещё глубже лежал старый плащ, побелевший от солёной воды. Моя мать нетерпеливо отбросила его в сторону, и тогда нам открылись последние вещи в сундуке: свёрток, завёрнутый в клеёнку, и холщовый мешок, в котором, судя по звону, было золото.

– Я покажу этим негодяям, что я честная женщина! – сказала моя мать. – Я возьму только ту сумму, которую он был мне должен, ни фартинга больше.