Жена для чудовища

Виверны остались на балконе, а мы втроём миновали следующую за ним комнату и оказались в огромном сдержанно украшенном зале. В дальней части располагался небольшой подиум, на котором патетично возвышался трон, а за ним полукругом горел длинный очаг-камин. Интересно, нежарко там сидеть?

Перед подиумом стояло двое мужчин, но, когда мы прошли половину зала, один поклонился и ушёл. Второй, в тёмной рубахе, повернулся к нам. Армандо придержал меня за руку, останавливая метрах в пяти от него, Ливай подошёл почти вплотную.

– Император, – поздоровался мой муж. – Зачистка Кватрума завершена. Тёмные ещё остались, но их добьют отряды поменьше. Пожиратель ликвидирован.

Мужчина никак не изменился в лице.

– Потери?

– Четыреста двадцать человек, из которых два капитана и один чёрный страж – кандидат в защитники города.

Ливай тоже остался невозмутимым. Они будто смотрят в окно и обсуждают лежащие на улице камни.

– Ты помнишь мой последний приказ, перед тем как вы отправились на задание?

Ливай завёл руки за спину.

– Так точно.

– И почему ты его не выполнил? – в голосе императора послышалась угроза. – Нападения тёмных случаются всё чаще, а ты позволяешь армии лишиться четырёхсот двадцати человек? Сколько из отправившихся с тобой ранены? Некоторые умрут, кто-то останется калеками, и всё потому, что ты не взял женщину.

– Я ходил в императорский гарем, как вы и приказывали, – Ливай поднял подбородок. – Но никто из наложниц не согласился сопровождать меня на битву и проявлять хотя бы подобие чувств.

Император посмотрел на меня. Взгляд также сверкнул сталью. Точно отец.

– Заброшенка на полгода раньше? Ловчие не докладывали, что призывают ещё одну. Она выживала в Кватруме? После твоей матери я уже ничему не удивляюсь.

Ливай сделал почти неуловимый шаг в сторону, будто отгораживая меня от взгляда императора.

– Она не воин, как я понял. Мне повезло найти её сразу же, после появления в нашем мире. И теперь у меня снова есть жена и я могу полноценно защищать города.

– Надолго ли? – хмыкнул тот.

Я сжала кулаки. Второй день, но даже мне надоели придирки к Ливаю. А вот возьму и останусь! Из всех моих знакомых ему я симпатизирую больше всех.