МИФЫ. Великолепный МИФ

 – Иметь дело с бесами – значит напрашиваться на неприятности! Не успеешь оглянуться, как всякий…

Он внезапно оборвал речь и подозрительно поглядел на нас. Рука его исчезла в складках халата и появилась опять с прозрачным кристаллом. Он поднял его к глазу и, словно через монокль, по очереди пристально оглядел каждого из нас.

– Мне следовало бы догадаться, – сплюнул он. – Не будете ли вы так любезны снять свои личины? Я предпочитаю знать, с кем имею дело.

Я взглянул на Ааза, и тот согласно кивнул.

Закрыв глаза, я начал осуществлять переход к нашему нормальному обличью.

У меня хватило времени на раздумье, будет ли Фрумпель гадать насчет моей трансформации, если поймет, что на самом деле я не тот человек, которого он видел раньше. Я зря беспокоился.

– Извращенец! – Фрумпель сумел заставить это слово звучать ругательством.

– Я – изверг, если вы хотите иметь с нами дело, – поправил Ааз.

– Нет, извращенец, пока я не увижу цвета ваших денег, – презрительно фыркнул в ответ Фрумпель.

Я вдруг осознал, что он внимательно изучает меня.

– Слушай, ты, случайно, не бес по имени Трокводл, а?

– Я? Нет! Я… я…

Но он уже снова разглядывал меня сквозь кристалл.

– Хм, – произнес он, засовывая свой монокль обратно в складки халата. – Я полагаю, ты в порядке. Однако очень бы хотелось заполучить этого Трокводла. Он в последнее время склоняет мое имя направо и налево.

– Слушай, Фрумпель, – вмешался Ааз, – ты, знаешь ли, не единственный, кто предпочитает видеть, с кем имеет дело.

– Хм? А! Хорошо, если вы настаиваете.

Я ожидал, что он закроет глаза и примется за работу, но вместо этого он снова сунул руку за пазуху. На этот раз то, что он извлек, выглядело как ручное зеркальце со своего рода диском на обратной стороне. Глядя в зеркало, он осторожно вертел пальцами диск.

Результат был мгновенным и поразительным. Не только его лицо, но и все тело начало меняться, раздаваясь вширь и принимая красноватый оттенок. На моих глазах брови его стали гуще и срослись, линия бороды, словно живая, прокралась вверх по лицу, а глаза жестко сузились.

Я заметил, что теперь его ступни стали сверкающими раздвоенными копытами, а из-под нижнего края халата появился кончик заостренного хвоста. За впечатляюще короткий срок он преобразился в… ну, в дьявола!

Несмотря на все свои приготовления, я почувствовал укол суеверного страха, когда он отложил зеркальце и снова повернулся к нам.

– Теперь вы довольны? – буркнул он Аазу.

– Для начала сгодится.