МИФЫ. Великолепный МИФ

– Разрешите? Мы бы хотели поговорить с Абдулом, – высокомерно бросил Ааз.

– Если позволите: я – это он, а он – это я, – продекламировал владелец. – Вы видите перед собой Абдула, жалкую тень человека, доведенного ловкими клиентами до грани голодной смерти.

– Вы, однако, кажетесь весьма преуспевающим, – пробормотал я, оглядываясь кругом.

В лавке было полно товара, и даже мой неискушенный взгляд улавливал повсюду несомненные признаки довольства. Ковры из неизвестных мне материалов были сотканы весьма изящно, их глубокие узоры отливали золотом и серебром.

Ковры эти явно предназначались для богатых, и казалось сомнительным, чтобы их нынешний владелец в чем-то себе отказывал.

– Да-а… Это целая повесть о моей глупости, – воскликнул, ломая руки, владелец лавки. – В своем слепом доверии я вбухал все, что имел, в ассортимент. В результате вот страдаю среди изобилия. Мои клиенты знают об этом и грабят меня теперь, когда я уязвим. Я теряю деньги на каждой продаже, но человек должен что-то есть.

– На самом деле, – перебил Ааз, – мы тут ищем кое-что под ковром.

– Разр… Что-что?.. Пожалуйста, не пугайте так бедного Абдула. Мой скромный бизнес…

– И брось ты это, Абдул… или мне следует сказать – Фрумпель. – Ааз осклабился в своей самой широкой улыбке. – Мы знаем, кто ты и что ты. Мы пришли сюда сделать свой маленький бизнес.

Фрумпель при этих словах стал двигаться с быстротой, способности к которой я бы в нем никогда не заподозрил.

Он одним прыжком очутился у двери, задвинул засов и опустил занавес, сделанный, кажется, из еще более плотной материи, чем его ковры.

– Где вас учили манерам? – прорычал он через плечо голосом, совершенно не похожим на прежний, скулящий. – Мне, знаете ли, предстоит жить в этом городе неопределенное время.

– Н-да, извиняюсь, – сказал Ааз, но он вовсе не казался оправдывающимся.

– Ну, тогда в следующий раз будьте поосторожней, когда вваливаетесь в лавку и начинаете швыряться моим именем.

Народ здесь не отличается терпимостью к странным существам и происшествиям.

Он, казалось, всего лишь ворчал про себя, и поэтому я ухватился за возможность шепнуть Аазу:

– Пс-с-т, Ааз. Что это мы ищем под ковром?

– Позже, малыш.

– Ты! – Владелец лавки, казалось, в первый раз увидел меня. – Ты – статуя! Я не узнал тебя, пока ты двигался!

– Ну, я…

– Мне следовало бы знать, – продолжал бушевать он.