МИФЫ. Великолепный МИФ

Не смотрите на то, сколько вы потратите, смотрите, сколько вы сэкономите.

Гримбл несколько мгновений думал об этом.

– Отлично, – согласился он, поморщившись. – Согласен на двести пятьдесят.

– По-моему, здесь обсуждалась цифра триста, – с ударением заметил я.

За это я заработал мрачный взгляд, но не отступил и ответил на него таким же взглядом в упор.

– Триста, – выдавил казначей сквозь плотно сжатые зубы.

– Выплачиваемые авансом, – добавил Ааз.

– Выплачиваемые в конце оплачиваемого периода, – поправил Гримбл.

– Бросьте, Гримбл, – начал было Ааз, но казначей прервал его, подняв руку.

– Нет! По этому пункту я должен оставаться несгибаемым, – настаивал он. – Всем находящимся на королевской службе платят в одно и то же время, в конце оплачиваемого периода, когда отпирают подвалы казначейства. Если мы нарушим это правило и начнем допускать исключения, то этому не будет ни конца ни края.

– Нельзя ли выдать нам по крайней мере часть аванса? – не отставал Ааз. – Что-нибудь на покрытие расходов в предстоящей кампании.

– Определенно нет! – отрезал Гримбл. – Если я выплачу деньги за еще не оказанные услуги, то некоторые люди – а точнее, Хью Плохсекир – заподозрят, что вы собираетесь взять деньги и сбежать, вообще не вступая в бой!

Это попало в точку, и я отвел глаза, боясь выдать свою вину. Однако Ааз даже глазом не моргнул.

– А как насчет взяток? – спросил он.

Гримбл нахмурился.

– Для служащего короля немыслимо принимать взятку, не говоря уже о том, чтобы рассчитывать на нее как на часть своего дохода.

– Не брать взятки, Гримбл! – зарычал Ааз. – Давать их. Деньги врагу, они что, идут из нашего жалованья или платит королевство?

– Я серьезно сомневаюсь, что вы сможете подкупить армию противника, – скептически заметил казначей. – Кроме того, вам полагается спасти положение с помощью магии. Именно за это вам и платят.

– Точные сведения помогают даже магии, – с нажимом ответил Ааз.

– Тут вы правы, – признал казначей. – Отлично, полагаю, мы сможем дать вам пособие на взятки при условии, что оно будет в разумных пределах.

– Насколько велики эти пределы? – поинтересовался Ааз.

– Скажем… пять золотых.

– Двадцать пять было бы…

– Пять! – твердо сказал Гримбл.