Ты обещала не убегать

 – Вот документы привезете, мы ее оформим, и врач к вам выйдет.

Мой кулак с глухим звуком врезался в бетонную стену, а глаза налились яростью, которая уже битый час искала выход. Ровно столько времени прошло с того момента, как бригада «скорой помощи» передала Ксюшу в отделение гинекологии, а я так до сих пор ничего не узнал.

– Врача быстро сюда зови! – не сдержавшись, заорал я. – Иначе я вашу богадельню с землей сровняю!

Наверно, девчонка уже привыкла к настолько буйному проявлению эмоций со стороны родственников пациенток, а потому практически никак не отреагировала на меня.

– Пожалуйста! – схватившись за голову, уже совсем тихо , с мольбой в голосе попросил я.– Там моя любимая женщина и мой сын. Там вся моя жизнь… Понимаете? Я просто хочу знать, что она не закончена.

– Врач на операции, молодой человек, – с долей сожаления ответила та.– Как освободится, я его позову.

***

Я нашел Ксюшу, лежащей на полу в прихожей в квартире Миронова. Растрепанная, зареванная, с голыми ледяными руками и ногами, она свернулась калачиком прямо возле открытой входной двери и тихонько стонала. Склонившись возле нее, я обхватил ее лицо руками и, убирая прилипшие к нему пряди волос, заставил открыть глаза и посмотреть на меня.

– Ксюша, девочка моя, что произошло?! Как ты?! – как в бреду, повторял я одно и то же, но она молчала и лишь смотрела на меня безразличным, потухшим взглядом.

Скинув с себя куртку, я поспешил укрыть ее, а затем взял девчонку на руки и понес в первую попавшуюся комнату. Такая легкая, напрочь замерзшая и совершенно обессиленная, она абсолютно не сопротивлялась, наоборот, прижалась холодной щекой к футболке на моей груди.

– Мне больно, – пересохшими губами прошептала Ксюша, а я растерялся. Черт! Я – человек, видевший, казалось бы, всю жестокость этого мира, не раз вытаскивающий с того света своих парней по долгу службы, не знал, что делать с простой девчонкой!

– Где болит? – спросил я, осматривая ее с ног до головы.

Она попыталась ответить, но вместо слов из ее глаз ручейками побежали слезы. Положив ее на ближайший диван, я несколько раз провел ладонью по ее щеке и только сейчас заметил красные пятна, которыми была покрыта вся шея Ксюши. И в этот момент мне действительно стало страшно.