Обман

Я очень скоро замерз, и на мои шапку и шарф налипли слои снега. Кофейня окутывала уютом и теплом, преобладала деревянная мебель, и на стенах висели картины и фотографии кофейни, что делали посетители и выкладывали в интернет. Было тепло и пахло выпечкой. Я обмяк на стуле и ждал, пока молодая девушка с короткими каштановыми волосами, работающая бариста, сделает мне кофе.

Думал о чем-то далеком, не имеющем смысла: о работе, на которую мне нужно пойти завтра, о любимой жене, об отпуске, из которого мы с Настей прилетели меньше десяти часов назад.

Улыбался, вспомнив волны моря, шуршащие по берегу, и солнце, которого в Питере этой зимой очень недоставало.

Холод, внезапно долетевший до меня из открывающейся двери, стер воспоминания о тепле морских волн. В кафе вошла посетительница в черном пуховике, закрывающем ее тело почти до коленей. Я наблюдал за ней как за похитителем моих теплых воспоминаний – без интереса. Она расстегнула пуховик одним резким движением – он был без молнии, на частых заклепках.

Девушка оказалась гораздо худее, чем казалась в верхней одежде, превращающей ее в подобие снеговика. Вместе с пуховиком она сняла шарф, а затем стянула с головы шапку. Волосы, закрученные под шапкой, распались и легли волной до самой талии. Меня удивил и привлек цвет ее волос. Цвет янтаря на солнечном медовом свету. Цвет заката, который мы с Настей наблюдали на пляже перед волнами, не достающими до наших ног.

Я повернулся к окну, вспоминая тот закат, из числа тех, навстречу которым тянется все, что есть внутри живого существа, способного видеть и различать правдивые моменты красоты мира.

Допил кофе и встал, чтобы одеться, и случайно поймал глазами момент, как вошедшая девушка легким прикосновением коснулась губ бариста. И я подумал, что не я случайно поймал тот момент, а, быть может, тот момент поймал меня. Тот легкий дружеский поцелуй, я полагал, был мягким, как прикосновение любимых.

– Ты все-таки доехала до меня, – обойдя стойку, сказала девушка-бариста.

– Да, бесплатный кофе сам себя не выпьет, – с улыбкой ответила похитительница тепла.

Одевался я медленно, наблюдая за вошедшей девушкой. Она была красива, как середина осени – октябрь. Я разглядел ее серые глаза, дополняемые бледной кожей. Ее маленький вздернутый нос и алые губы. Милость детского лица и мудрость старика в глазах, в тех глазах, где серый шарм обрамляется синим ободком.

Я вышел из кафе, перед этим еще раз поблагодарив за кофе бариста.