Гибель Лодэтского Дьявола. Второй том

Он стал иногда заходить в наш дом… конечно, после смерти Иама, когда бывал в Суде. Мы беседовали… и незаметно влюбились друг в друга. Сразу после Осенних Мистерий, на второй день, он решился, к нашему общему счастью, сделать мне предложение. Я его приняла – и вот… Это всё…

– А ты будёшь жителять в его крашном дому? В энтом, на Блахчестье? – с придыханием спросила Ульви.

– Не сюда же он въедет, – улыбнулась Маргарита.

– Ну ты и деньжатная! – захлопала в ладоши Ульви. – А роскошва экие тя ждавают! А в свету еще будёшь гуливать! А даж в замку, на торшствах!

– Не очень часто, Ульви, – попробовала утихомирить ее Маргарита.

 – Господин Совиннак ведет скромный образ жизни… И мне это по душе.

– А с семьёю он тебя уже сознакомил? – спросила Беати.

– Нет. Мы познакомимся на венчании. Семья градоначальника – это его дочь Енриити. Она еще слишком юна – на год меня младше. Господин Совиннак говорит, что избегать излишнего вернее: он просто введет меня в свою семью – и его дочь примет меня, а я ее, – так делают в первом и втором сословьях.

После того как Енриити выйдет замуж и покинет отца, настоящей семьей Ортлиба буду только я. Ну и наши дети, которых, мы надеемся, у нас будет много, – засмеялась Маргарита. – Я хочу не менее пяти детей!

– А Нинно, кода прознал, что ты поддёшь за градначальника, чуть навек не смолк! – стала смеяться с Маргаритой Ульви. – Этак дивился вестьями! И так шибко ты! Токо совдовела – и вот так вота!

– Его Преосвященство, епископ Камм-Зюрро говорит, что после положенного для траура срока, его надобно снять, возрадоваться жизни и поблагодарить Бога за милость, иначе душа может безвозвратно пасть в Порок Уныния и сгореть в Пекле, – с небольшим неудовольствием проговорила Маргарита.

 – Бог дает мне нового мужа и новую надежду, – это и есть милость нашего Создателя. Раз так говорит наместник Святой Земли Мери?диан в Лиисеме, то так оно и есть, – он никак не может ошибаться.

– Да ты чё, – замахала руками Ульви. – Никто тябя не попрёкивает! Да разве ж можно? от экого супружества носу воро?тить! Никак незя! Но энто чудно?! Ты – кухонная Ульви, посудамошка! А невёста градначальнику!

Маргарита в раздражении от простоты Ульви кисло скривила губы.

– Я бы хотела, чтобы было известно как можно меньше, Ульви. В честном труде нет ничего постыдного, но… Лучше поменьше болтай и особенно молчи про бочку… Градоначальник весьма важный человек… и сплетни… – подбирала она слова, прикусывая нижнюю губу, – сплетни множатся как мухи.