Лекарство от предательства

– Второй работает у наших конкурентов, правда те на русской кухне специализируются.

– И на кой нам переманивать шефа конкурентов? – повышаю голос.

– Мы никого переманивать не собираемся, – успокаивает брат, – он сам увольняется. Причину не спрашивай – я сам не в курсе, может, с руководством не поладил, у них вроде бы владелец меняется.

– Ладно, это всё лирика, ты с ним уже встретился?

– Нет пока, он сам встречу назначит, – отвечает спокойно Димка.

– Да с какого?.. – рычу в трубку, не боясь разбудить какого-нибудь соседа по палате.

– Не нервничай, Кир, не волнуйся, тебе вредно, – драконит меня ещё больше. – Пока су-шеф справляется с обязанностями, а там всё решим, ещё раз говорю: не волнуйся.

Ладно, братец, выпишусь я завтра, тебе мало не покажется.

Глава 7

Алиса

– Я в этом не пойду! – отпихиваюсь от неугомонной подруги.

Вместе с ногами запрыгиваю на свою кровать, за несколько прыжков оказываюсь на стуле и прячусь за дверное полотно.

– Не подходи ко мне с этой тряпкой! – угрожающе машу кулаком из своего временного укрытия.

– Лиска! – выставляет вперёд руку, в которой зажат клочок чёрной ткани. – Я жду!

– Не-а! – ещё крепче впиваюсь пальцами в дверь. Даже если захочет, ни за что не вытащит меня отсюда.

Сама Ласовская одета в короткую кожаную юбку и коричневый трикотажный джемпер. Её белокурые локоны сегодня ещё больше пушатся, чем обычно, а алые пухлые губы способны за одно мгновение приковывать внимание противоположного пола.

– Между прочим, девушкам вредно ходить в таких вещах, можно застудить…

– Ой, не включай старую бабку! – фыркает презрительно, обрывая меня на полуслове.

– Я не бабка, я медик, вообще-то, – возмущённая наглостью подруги, теряю бдительность и выхожу в центр комнаты. – Поэтому прислушаться к моему мнению некоторым не помешает.

– За-ну-да, – тянет Настя, бросает огрызок платья, а иначе я этот лоскут не могу назвать, на мою кровать, и плюхается рядом.

Смотрит на меня с лёгким налётом брезгливости на кукольном лице.

– Нет, – растягиваюсь в самодовольной улыбке и интенсивно машу головой. Так, что мои тщательно прокрашенные рыжие волосы хлещут меня по лицу. – Я пойду в джеггинсах.

– Час от часу не легче, – Настя хватается за сердце и падает спиной на мою кровать. – Ещё немного, и мне понадобится реанимация. Давай, добей меня, скажи, что лицо рисовать тоже не будешь.