Из тени вышла тьма

 – И тут Рэду замолчал, внимательно вглядываясь мне в глаза. Потом резко обернулся к закрытой двери, ведущей в коридор. – Так он что, тоже пожр… поесть пришел?

– По делу он пришел, из-за которого сюда приехал. Ну и пожр… поел. Не могла же я его голодным оставить.

– Ты не могла, да, – уже по-доброму усмехнулся друг. – Ладно, я сегодня останусь без твоей стряпни. Но чтоб завтра обязательно все рассказала.

– Конечно-конечно, – закивала я.

И выпроводила Рэду.

Расскажу ему. Ну-ну. Дружба-дружбой, а есть дела, куда близких посвящать не стоит.

– Выпроводили своего ревнивца? – спросил Падуану, как я вернулась.

Я приподняла брови, удивленно на него уставилась и чуть не рассмеялась.

– Я спросил что-то смешное?

Покачала головой, уже еле сдерживая смех. Вспомнилось, как Рэду спрашивал не завела ли я себе мужика. Потом не выдержала и прыснула.

– Ничего смешного, – заверила сыскаря, не позволяя губам растянутся в улыбке. – Вы, кажется, собирались уходить, – напомнила я.

– А меня там за углом никто дожидаться не будет?

– Боитесь?

Падуану хмыкнул.

И даже отвечать не стал – мол, это ниже нашего сыскарского достоинства.

Надеюсь, Рэду хватит ума действительно его не подкарауливать.

Глава 3

Пришлось встать очень рано, чтобы успеть хоть что-то сделать из накопившихся дел и со спокойной совестью отправиться на встречу к сыскарю.

Только вот меня никто не предупредил, что искать его нужно не в управе, а в доме, где он остановился.

Дом принадлежал Богне – вдове, давно проживающей одной, так как дети ее разъехались.

Дом ее был разделён на две половины: одна та, где жила Богна и ее дети, когда все же приезжали к ней, вторая – которую она сдавала. Разумеется, гости у неё бывали редко – ну кто будет наведываться в такую глухомань? Так, в основном случайные путники.

Я постучала в окно, до которого еле дотянулась. Тихо. Никто не вышел. Постучала в дверь. Аналогично. Толкнула ее и зашла. Сам же звал!

Чисто, аккуратно, пусто. Впрочем, Падуану с Шербаном, судя по всему, были неприхотливы.

Им хватало и той скудной обстановки, что тут имелась.

За слегка потрепанным столом сидел сыскарь. Он обложился исписанными листами и внимательно в них вчитывался. Вид Падуану имел замученный и задумчивый. А ещё несколько потрёпанный. Ну, конечно! Никто даже не пытался отдохнуть.

Зато его помощник, сидевший у окна, которое выходило во двор, и ковыряющий морозный узор, имел вид до неприличия бодрый.