Все сначала

Принцесса и рыцарь переглянулись и снова стали слушать первую леди.

– Третье: обязанность немедленно делать детей. Парламент хочет видеть наследника-мальчика при жизни короля. Герцог, я надеюсь, Вы понимаете, что даже если нас поженят насильно, то я не стану выполнять свои супружеские обязанности? Не потому что лично Вы мне неприятны, это не так. Вы привлекательный мужчина, и половина фрейлин хоть сегодня готова отдаться Вам. Но я принцесса крови и, прежде чем вступать в интимную связь, должна трезво оценивать её последствия для себя и потомства.

Райт почувствовал, как алеют уши, и порадовался, что сильно отросшие волосы не дадут маркизе этого заметить. А девушка продолжала, словно и не пела только что дифирамбов своему предполагаемому жениху:

– Мы не можем сейчас позволить парламенту вернуть салический закон посредством наших жизней. Так, кузина?

Ирена кивнула.

– И отсюда следует, что ты, моя дорогая, так же не должна спать с мужем, как и я.

– То есть ты предлагаешь согласиться на требование парламента, но на самом деле вступить в браки фиктивно?

– По-моему, это самый простой выход из ситуации, – пожала плечами первая леди, снова выпрямилась и посмотрела в глаза сначала сестре, потом Райту.

– Хорошо, – отозвался герцог, – предположим, у нас с Вами, миледи, меньше всего хлопот. Его Величество ищет возможность не допустить этот брак. А в случае свершения такового, думаю, мы не станем мешать спокойно жить друг другу до развода. Но вот что делать с принцессой и герцогом Ландешотом?..

– Отец сказал, что наш брак, скорее всего, будет неизбежен, – едва справившись с биением сердца, проговорила Ирена, опустив взгляд. – Если с шотландцами ничего не получится, то мне придётся смириться с этим…

Пальцы Райта с силой сжали спинку стула от одной мысли, что венчание его возлюбленной с соперником всё-таки состоится.

– Может быть, Вы, маркиза, разъясните милорду наши позиции? – предложил Красный Джон. – У Вас это отлично получается. Среди всех нас Вы лучше всех осведомлены в политической сфере.

Анжелина фыркнула:

– Я не только в политике осведомлена, герцог.