Все сначала

Райт машинально отметил, как хорошо сидит на ней чёрная амазонка мужского покроя, не скрывающая прелестей точёной женской фигуры. Опустившись на сиденье, красавица нарушила тишину:

– Итак, какие у нас есть новости?

– Отец ищет возможность заключить брачный договор со Стюартами для меня, – ответила Ирена. – И обещал приложить все усилия, чтобы избавить от брака вас двоих.

– Это уже радует, – улыбнулась первая красавица королевства и стрельнула глазами на Райта. – Герцог, надеюсь, Ваше самолюбие не очень пострадает, если Вы услышите, что я не жажду становиться Вашей супругой?

– Маркиза, я могу ответить Вам тем же, – поклонился Красный Джон.

– Это великолепно. Чем реже Вы мозолите глаза придворным, тем меньше Вас воспринимают как претендента на трон.

– Я бы предпочёл, чтобы обо мне в этом смысле и вовсе забыли, – внимательно следя за мимикой первой леди, ответил Джон.

– Вы очень разумны, герцог, – сверля Райта глазами, промолвила красавица и немного прищурилась, пытаясь изучить душу мужчины.

С этими словами Анжелина посмотрела на сестру.

Ирена съёжилась. Меньше всего ей хотелось обсуждать чувства Ландешота к себе. Тем не менее удивиться, откуда маркиза знает о них, принцесса успела.

– Я не видела герцога.

Ответ прозвучал прохладно и сдержанно.

Леди Линкольн довольно кивнула.

– Итак, господа, давайте подумаем, что нам несёт огласка наших помолвок, если Его Величество ничего не предпримет в пятницу, – красавица закинула ногу на ногу и стала считать, разгибая пальцы. – Первое: недовольство Верхней и Нижней палат парламента нашим с Вами, милорд, союзом. У нас разные сторонники. Ваши соратники не жалуют меня так же, как мои последователи не очень будут рады видеть Вас моим законным мужем.

Джон кивнул.

– Второе: если кто-то пожелает отправить одного из нас или всех вместе на эшафот, то для этого достаточно просто закрутить маленький заговор с попыткой убийства короля. Вряд ли этим будут заниматься Бошаны, потому что до них трон дойдёт в последнюю очередь. Генуэзский далеко и вообще не знает, что тут происходит. Но вот сторонники Стюартов в этом отношении опасны. Отсюда следует вывод, что мы все трое, а точнее четверо, должны держаться вместе.