Свадьба

Испанскому послу было отказано в проведении брачных переговоров между племянницей английского короля и племянником испанского… Только сейчас Ирена поняла, что речь в этих переговорах шла именно о Джиме… Том самом Джиме, который ранее носил имя «дон Диего», бросил всё в родном королевстве и не может более туда вернуться.

– Я тогда был послом в Испании. Я решал множество вопросов, в том числе и этот. Моей задачей было не допустить подобный брак. Мы предложили иной вариант: в качестве мужа для инфанты

– шотландского герцога Ротсея.

– И Мария Анна стала невестой Чарльза…

– Почти стала, почти невестой, – поправил принцессу Бекингемский. – Мне тогда не понравилось, что в её духовной свите состоял отпрыск Амарини. Нет, сам юноша не отличался таким фанатизмом, как его папаша и приёмный дед, он не был похож на инфантильного коронованного дядюшку. Но слишком много в его характере сходства с Филиппом II. И кое-что меня настораживало ещё… Тогда я отдал приказ своим лучшим шпионам узнать всё о происхождении этой ветки королевской семьи, и вскоре выяснил, кем были их настоящие предки, помимо Габсбургов.

Бекингемский обернулся, и Ирена увидела, что в глазах его горит странный огонёк.

– Мне наверняка известно, что признанный бастард короля Себастьян Амарини – сын Лукреции Медичи

, внук Элеоноры Толедской и Козимо I

, герцога Тосканы. Вы понимаете, что это за семья?

Ирена кивнула.

Одновременно Джим приходился троюродным братом Людовику XIII через королеву-мать Марию Медичи, двоюродным братом Анне Австрийской и Филиппу IV Испанскому через своего отца.

Выходило, что её любезный Джим, в прошлом Диего-Луис-Антонио, восходил по всем веткам к очень влиятельным королевским домам Европы. Его бабка Лукреция была внучкой вице-короля Неаполя и правнучкой герцога Альбы… Принцесса помнила, что именно Элеонора Толедская дала семье Медичи – выходцам из банкиров – ту самую голубую кровь, которая позволила итальянцам породниться с королевскими домами Европы.

«Конечно, происхождение не избавляет от напастей, а лишь усугубляет их: многочисленные дети Элеоноры и Козимо были убиты своими же родственниками. Во всяком случае, именно так болтали в свете», – вспомнила Ирена историю итальянского рода.