Хитросплетения

Но Вы уже влезли в такую кашу… – с этими словами Белисон зашёл за спину женщины и перерезал верёвки.

Резким движением он поднял кресло вместе с баронессой, и передвинул его к столу на трёх ногах, подпирающему стену. Поставив перед Шарлоттой чернильницу, мужчина положил на столешницу лист чистой бумаги и сунул в руку пленницы перо:

– Пишите!

– Что писать? – похолодев, спросила леди Лот, стараясь не выдавать своего трепета.

– То, что я продиктую Вам, – наклонившись к жене Олдерса, прошептал ей на ухо Принц, обдавая шею дамы горячим дыханием.

От омерзения тело баронессы сковала судорога.

– А если я откажусь? – сверля его лицо зелёным взглядом, поинтересовалась женщина, прекрасно понимая, что игра не стоит свеч.

– Тогда Ваш муж никогда не дождётся наследника, потому что не получит Вас назад. Советую не играть со мной в кошки-мышки.

Леди Лот прикрыла веки, давя в себе желание залепить нахалу звонкую пощёчину.

Принц выпрямился и отошёл в сторону окна. Он уже привык к зелёным молниям, бьющим из глаз рыжеволосой бестии, как мысленно окрестил баронессу разбойник.

Прекрасно понимая, что ему в этом направлении ничего не светит, и женщину нужно будет вскоре передать в руки заказчику, Бандит уже смирился с мыслью, что завтра, возможно, будет последний вечер, когда он увидит её.

– Итак, пишите: «Милорд, меня силой удерживают неизвестные мне люди. Пока мне не объясняют цели подобных действий, но я догадываюсь, что мой плен связан с нашей с Вами тайной деятельностью. Посему прошу Вас быть бдительным и ожидать от меня дальнейших вестей».

Ну и подпишитесь. Как Вы обычно это делаете в письмах к мужу?

Баронесса вывела своё уменьшительное имя «Sharly» и отдала письмо Белисону.

Получив записку от невесты, Шервуд нахмурился. Он прекрасно понимал, о чём собирается говорить Мелани, и совершенно не желал поднимать эту тему. Но игнорировать её бесконечно было нельзя, поэтому рыцарю пришлось удовлетворить просьбу графини и явиться в её покои.

За окном темнело. В маленькой гостиной леди Кендбер горело пять свечей.

На низком столике ожидали своего часа белое вино, сыр и овсяный хлеб – чертовка знала слабости жениха.

Отгремев шпорами, Рей остановился посреди комнаты. Его невеста восседала на софе, облачённая лишь в светлое домашнее платье без корсета. Её тонкую шею обвивала надетая на плечи лёгкая накидка.

– Я так рада за Дебору, теперь она уже леди.

– Поверь, этот титул для неё ничего не значит, – хмуро отозвался мужчина.