Гиперандрогения

Я и не должен был его охранять!

Последнее слово прозвучало очень уж истерично, будто его кто-то в чём-то подозревал.

– Успокойтесь, – сказал Собакин, и это прозвучало не резко. – Разберёмся, обязательно. Кем работал поте… Погибший? – в какой-то момент он хотел сказать «потерпевший», но почти сразу поправился.

– Он директор строительной компании «Красная Греция». Слышали о такой?

– В общих чертах, – уклончиво отозвался Собакин. Что-то такое он действительно слышал, но в лицо директоров вообще мало каких знал.

– Улица Бербер, дом двенадцать, квартира двадцать шестая.

– Элитный район, – сухо заметил Собакин. – Небось, платные парковки поблизости, гаражи подземные и всё в таком духе?

– Да, – коротко ответил Игорь Николаевич, испытывая лёгкое недоумение. Он посмотрел на опера с нескрываемым удивлением, но тот отвёл взгляд в сторону, о чём-то задумавшись.

– А офис где?

– Паршутов проспект, отдельное здание. С вывеской такой… Характерной. Сразу заметите.

Подошёл следователь, мягко ступая, поэтому он резко оказался за плечом Собакина. Но ничего не стал говорить, сжимая в руках кожаную папку. Просто слушал.

– Так, в офисе обычно кто находится? – уточнил Собакин.

– Секретарша, Светочка-солнышко… Так… Юрист наш, Эмилия Олеговна. Бухгалтерша – Мария Марьевна.

– Как-как? – опер вскинул брови. – Странное отчество.

– Д-да… Наверное.

– Ещё кто?

– Заместитель по строительной работе – Рустам Максимович. Ещё…

– Да ты сейчас туда поезжай и опроси их, всего и дел-то, – предложил внезапно следователь.

Собакин повернулся.

– Что говорит Лев Леонидыч?

– А что он говорит, – сухо начал следователь. – Стреляли из обреза. Убили. Гильзы нашли. Баллисты, конечно, скажут больше.

– А, вот ещё что! – неожиданно вспомнил Игорь Николаевич, отчего оба полицейских упёрли в него озадаченные взгляды, несколько колючие, поэтому водитель как-то оступился, словно забыл, что хотел сказать. Но, собравшись с силами, продолжил: – Он всё нервничал из-за какого-то Жени.

– Какого «Жени»? И как нервничал? Когда?

– Да буквально пару дней назад… Мы так и едем, здесь же, по этой же дороге… А ему кто-то звонил. И он так и отвечал «Да что мне Женя?! Что мне Женя? Хватит полоскать мне мозги этой ерундой!..» Ну, выражался он ещё похлеще. Больше я ничего не знаю.

– Ручкин займётся телефоном, – сообщил следователь Собакину. – Ты же едь в офис и наведи там шороху… Надо быстро что-то решать.