Гиперандрогения

– Были ли конфликты на работе с кем-то из подчинённых? – прямо спросил опер.

Мужчина задумался.

– Да прямых – не было, – ответил он наконец. – Но характер у Жирова был так себе, честно сказать. Человек-то властный. Жёсткий. Но хоть зарплату платил. Только с юристкой всё ругался, всё уволить хотел, а она всё кричала ему «да я сама уйду!»…

– Вряд ли бы она стала убивать его перед увольнением, – не удержался Собакин.

– Не думаю, что тут вообще причастны сотрудники, – глубокомысленно протянул Рустам Максимович.

Опер взглянул на него с любопытством.

– А что Вы думаете? Поделитесь?

Тот выждал небольшую паузу, глянул по сторонам, будто боялся, что их подслушают, и тихо ответил:

– По-крупному Жиров рассорился со Склизняковым и с Яраевым. И было это не так давно.

– Мне кажется, эти фамилии я уже слышал, – закивал головой оперативник. – Склизняков – это партнёр Жирова по застройке, да?

– Да, они вместе тут не один элитный район построили… Но Жиров как-то мне говорил, что хочет построить настоящий элитный коттеджный посёлок, неподалёку совсем.

Посёлок Яблоково, слышали? Двадцать километров всего, такой кусок… Пригород, можно сказать. Вокруг – лес. И озеро есть. В общем, дорогая там земля.

– Ну? И что? – настаивал оперативник, пытаясь всё заранее связать воедино.

– А то, что наш город хоть и с элитными районами, да без метро, – он улыбнулся, но тут же посерьёзнел, когда увидел, что опер не улыбается. – Маленький городок-то… И бежит из него молодёжь. Поэтому и из посёлка этого тоже бежит.

И остаётся там много пенсионеров,

алкашей, попросту безработных. И вот эти-то дома, землю-то под ними Жиров и бросился выкупать по бесценке… Чтобы потом можно их было снести, а то и на дрова продать, а после них всё застроить.

– А людей куда?

– Этого я не знаю, – отрезал Рустам Максимович, вскинув обе руки. – Уж понятия не имею. Моё дело маленькое: рабочие, стройматериалы и сроки. И всё!

– Так и в чём конфликт-то был?

– А в том, что Жиров захотел в одиночку там строиться.

И выкупил, что можно было, сам. Вложился по полной… И Склизняков ему названил всю прошлую неделю, и я сам лично слышал, как он орал в трубку так, что здесь слышно было…

– Обещал убить? – сразу предположил Собакин.

– Этого я не слышал, – опять открестился Рустам. – Но слышал, что тот кричал, что Жиров останется ни с чем, обязательно прогорит! Вот…

– Так, – сказал Собакин после недолгого молчания, делая заметки у себя в подкорке.