Тёмное пророчество

На несколько мгновений Агамед завис перед нами, словно ожидая, чтобы я что-то понял. Затем он поник, отвернулся и улетел.

Мне совсем не хотелось энчилады с тофу, да еще и разогретой. Поэтому я отдал свою порцию Лео, который, скрестив ноги, уселся на кровати и принялся поглощать еду. Комбинезон Джорджины, который он так и не снял, был весь в соломе. Похоже, Лео, решил, что носить одежду семилетней девочки весьма почетно.

Я лег на кровать и принялся разглядывать кирпичную арку надо мной, гадая, когда она обрушится на мою голову и чем это закончится.

– Я скучаю по своей кровати в Лагере полукровок.

– Здесь не так уж и плохо, – сказал Лео. – Как-то в промежутке между приемными семьями мне пришлось с месяц ночевать под мостом на Мэйн-стрит в Хьюстоне.

Я посмотрел на него. Сидя в гнезде из соломы и покрывал, Лео не казался особенно радостным.

– Ты ведь переоденешься перед сном? – спросил я.

Он пожал плечами:

– Схожу в душ утром. Если ночью что-нибудь зачешется, я просто загорюсь.

– Мне сейчас не до шуток. Бритомартида отбила всякую охоту.

– А я и не шутил. Не волнуйся. Я уверен, что Джо напичкала все здание противопожарными системами.

Перспектива проснуться посреди пожара в пене огнетушителя мне не очень улыбалась, хотя, случись это на самом деле, я бы не удивился.

Лео постучал вилкой по тарелке:

– Эти энчилады просто sabrosas[9 - Объедение (исп.).]. Нужно попросить у Джозефины рецепт. Моей подруге Пайпер они точно понравятся.

– Как ты можешь быть таким спокойным?! – не выдержал я.

Обычно, когда я говорил смертному, что отправляюсь куда-то с его девушкой, это разбивало ему сердце.

Но внимание Лео было приковано к тофу.

– Вы справитесь.

– Но у Калипсо нет магических способностей! Как она мне поможет?

– Тут дело не в способностях. Вот увидишь. Завтра Калипсо непременно спасет твой тощий зад.

Эта мысль меня не порадовала. Мне совсем не хотелось, чтобы благополучие моего тощего зада зависело от бывшей волшебницы, которая не умеет ни драться, ни смешно импровизировать, особенно учитывая ее нынешнее настроение.

– А если она не успокоится до утра? – спросил я. – Что между вами происходит?

Лео занес вилку над последней энчиладой:

– Просто… Мы полгода добирались до Нью-Йорка. Опасности были на каждом шагу. Мы ни разу не останавливались где-то дольше чем на одну ночь. Потом еще полтора месяца пути до Индианаполиса.