Перси Джексон и похититель молний

 – Но я готов поклясться…

– Возвращайся в общежитие, – велел ему мистер Браннер. – Завтра у тебя экзамены.

– Не напоминайте.

Свет в кабинете мистера Браннера погас.

Я еще целую вечность просидел в темноте.

Наконец я выбрался в коридор и поднялся обратно в комнату.

Гроувер лежал на кровати, штудируя конспекты по латыни, словно весь вечер никуда не отлучался.

– Привет. – Он сонно взглянул на меня. – Как подготовка к экзамену?

Я ничего не ответил.

– Отвратно выглядишь, – нахмурился он. – Все хорошо?

– Просто… устал.

Я отвернулся, чтобы он не видел моего лица, и начал готовиться ко сну.

Я не понимал, чему стал свидетелем. И хотел поверить, что просто все выдумал. Но одно было ясно: Гроувер и мистер Браннер говорили обо мне у меня за спиной. И считали, что мне грозит опасность.

На следующий день, когда я вышел с трехчасового экзамена по латыни, а в глазах у меня рябило от имен греческих и римских богов, которые я так и не смог написать правильно, мистер Браннер позвал меня обратно в класс.

– Перси, – сказал он. – Не огорчайся, что тебя исключают из Йэнси. Это… это к лучшему.

Он говорил доброжелательно, но я все равно смутился. Несмотря на то что сказано это было тихо, ребята, заканчивающие писать тест, всё слышали. Нэнси Бобофит ухмыльнулась и издевательски чмокнула воздух.

– Да, сэр, – промямлил я.

– Понимаешь… – мистер Браннер катал кресло взад-вперед, словно не знал что сказать.

В глазах защипало.

Любимый учитель перед всем классом заявлял, что мне не по силам здесь учиться. Он весь год твердил, что верит в меня, а теперь говорит, что меня все равно бы выперли.

– Да, – вздрогнув, выдавил я.

– Да нет же, – продолжал мистер Браннер. – Ох, чтоб его. Я хочу сказать… ты не нормальный ребенок, Перси. И этого не стоит…

– Спасибо, – выпалил я.

– Перси…

Но я уже ушел.

В последний день семестра я запихал свои вещи в чемодан.

Остальные ребята валяли дурака и хвастались планами на каникулы. Один собирался в поход по Швейцарии. Другой – в круиз по Карибскому морю на целый месяц. Они были такие же малолетние хулиганы, как и я, только богатые. Их папаши занимали высокие должности, были послами или звездами. А я был никто, и семья у меня была под стать.