Ночные всадники. Нарушители закона (сборник)

Хозяин ранчо сидел в кресле, обратив в сторону гостя свое бледное массивное лицо с маленькой курчавой бородкой. Его зрачки, черные, как смоль, и неестественно-огромные, были отделены тонким синеватым кольцом от багрово-красных белков. Воспаленные веки, лишенные ресниц, и густые серые брови, нахмуренные, как будто от физической боли, еще более выделяли эти страшные мертвые глаза, невольно приковывая к ним все внимание.

– Очень рад, мистер Треслер, – сказал он тихим приличным голосом, таким неожиданным при его наружности.

– Надеюсь, что я вас не потревожил? – пробормотал Треслер. – Мисс Марболт сказала мне, что вы спали…

– Вы в этом нисколько не виноваты. Дело в том, что я выработал в себе странную чувствительность, нечто вроде второго зрения. – Он усмехнулся с некоторой горечью. – Я проснулся в тот самый момент, как вы подходили к дому, и слышал, как вы вошли. Итак, вы приехали ко мне учиться хозяйству. Отлично! Диана, – обратился он к дочери, – опиши мне наружность мистера Треслера.

Диана смущенно взглянула на улыбающегося гостя.

– Ну, дочь моя, – сказал Марболт, и в его голосе послышались нетерпеливые нотки.

Это заставило ее начать.

– Мистер Треслер высокого роста, широкоплечий…

– Да-да, – пробормотал Марболт, упрямо уставясь на нее своими мертвыми глазами. – Продолжай.

– Одет в английский костюм для верховой езды.

– Какое лицо?

– Черные волосы, серые глаза, черные ресницы и брови.

И так далее до мельчайших подробностей продолжалось это описание, прерываемое нетерпеливыми вопросами старика. Когда она кончила, воцарилось неловкое молчание. Губы слепого шевелились, как будто он что-то говорил про себя, но слов не было слышно. Наконец он очнулся и, повернув лицо в сторону гостя, заметил веселым тоном:

– Вы из Корнуолла, мистер Треслер?

– Да.

– Хорошая страна, в которой родятся хорошие люди. Я бы хотел на вас посмотреть. Я уверен, – продолжал он с чем-то вроде улыбки, – что здесь вы сможете изучить все отрасли скотоводства.

Треслер не мог удержаться от улыбки. Он посмотрел на Диану, но она избегала его взгляда.

– Я думаю, что я могу завтра же приступить к делу, – сказал он, когда старик кончил.

– Нет, наш договор вступает в силу с сегодняшнего дня.