Искра

– Прошу меня извинить, моя царица, но к вам прибыл вестник.

– Откуда?

– Из Пятого королевства.

Я чувствую, как напрягаются советники, и в тревоге у них перехватывает дыхание.

– О, Тиндалл наконец-то убедился, что я сбросила его со счетов, – говорю я. – Приведите вестника. Здесь я его и приму.

Проходит несколько неспокойных минут, а я продолжаю барабанить ногтями по столу. Мой дорогой супруг наконец-то соизволил осознать, что его власть над Хайбеллом была оспорена. Я одновременно испытываю и радостное волнение, и предвкушение перед тем, каким окажется его ответ.

Именно этого я и ждала. Шахматные партии между королями и королевами никогда не бывают скучными, а я давно желала выступить против Тиндалла.

Когда в коридоре раздаются шаги, я начинаю стучать пальцами несколько сильнее. Я опускаю взгляд туда, где стерлась белая краска, теперь застрявшая под моим ногтем. В груди зарождается чувство досады, когда я замечаю золотую полосу, проступившую через царапину на столе. Одна ошибка – и в мгновение ока пять слоев краски разрушены.

– Ваше Величество?

Я смотрю на открытую дверь, два стражника сопровождают вестника. Он одет в золотые доспехи и тяжелый плащ, на который налипли неровные комки снега, напоминающие белую колючую ежевику.

Посмотрев в его обветренное лицо, я тут же его узнаю.

– А, Гиффорд. Как вижу, по-прежнему доставляешь послания Мидаса. Никакого продвижения по службе?

В знак приветствия смуглый мужчина кланяется, не обратив внимания на мою остроту.

– Продвижения по службе не нужно, когда исполняешь волю самих богов.

В ответ на это я приподнимаю белую как снег бровь.

– Богов? О богини, сначала Тиндалл поднялся в положении, став царем, а теперь он – бог? Сколько золота ему это стоило? – спрашиваю я, с иронией скривив губы. Чувствую на себе неодобрительный взгляд Уилкокса, но это лишь сильнее меня веселит.

Гиффорд качает головой, но взглядом не выдает своих дум.

– Не такое уж это богохульство, Ваше Величество. Только боги предопределяют и благословляют монархов. Выполняя волю царя, я исполняю и волю богов.

Я наклоняю голову.

– А царицы и богини? Разве меня не избрали боги, Гиффорд?

Он медлит, бросив взгляд на моих советников, и отвечает:

– Разумеется, Ваше Величество. Я не хотел вас оскорбить.

– Ты и не оскорбил. Не стоит винить древесный сок за то, что он течет. В конце концов, это делает дерево.