Бумага и огонь

Солдаты их отряда собрались за углом макета здания, который стоял на их тренировочной территории. На улице был палящий зной, как и всегда, и все солдаты выглядели такими же изнеможенными и покрылись потом точно так же, как Джесс. Глен промокнула свое вспотевшее лицо рукавом и крикнула так, чтобы каждый из отряда ее услышал:

– Доложить свою ошибку, солдат!

– Командир, сэр, я забыл, что надо быть начеку, – сказал Джесс. Его голос прозвучал сдавленно, и по той боли, которая все еще жгла ему спину, он понимал, что у него останется знатный синяк.

 – Но…

Лицо Глен посуровело.

– Вы собираетесь оправдываться, Брайтвелл?

– Нет, сэр! – Он покосился на Тарика, который бессовестно ухмылялся. – Но это был дружественный огонь, сэр!

– О, будем честны. Я не очень дружелюбен, – сказал Тарик. – И я просто выполнял приказ.

– Приказ? – Джесс посмотрел на Глен, чье лицо по-прежнему было непроницаемым. – Вы приказали ему выстрелить мне в спину?

Глен даже глазом не моргнула:

– В реальном мире лучше быть начеку как среди врагов, так и среди друзей.

Союзники могут предать, когда меньше всего этого ожидаешь. Надеюсь, синяки послужат тому напоминанием.

Джессу вряд ли нужно было напоминание, и Глен это прекрасно знала. Он не был наивен, вырос, зная, что никому не следует доверять. Доверию Джесс научился совсем недавно, очутившись в компании кандидатов в служащие Библиотеки, проходивших обучение вместе с ним и ставших его друзьями. Таких, как Глен.

Которая теперь пыталась напомнить ему, что полагаться на доверие не стоит.

Джесс сглотнул подступившую к горлу злость и произнес:

– Никаких оправданий, сэр. Тарик всегда казался мне способным на предательство.

– Тогда почему же ты зазевался, умник? – спросил Тарик. – Должен признаться, мне нравится играть роль гнусного злодея, сэр.

– Играть? – пробормотал кто-то из отряда, и Тарик театрально прицелился в него пальцем, одновременно сделав глоток воды из своей фляги.

Джесс бы даже посмеялся, если бы ему до сих пор не было так больно, однако урок Глен он уяснил… И к лучшему. «Я не могу позволять себе расслабляться, – подумал он. – Я прекрасно знал это с самого начала. Глен просто пытается мне напомнить». Только вот использовала Глен, к сожалению, свои болезненные методы.

– Продолжайте, – безэмоционально сказала Глен, и отряд поспешил выполнять приказ. Никто не ставил под сомнения ее слова. Джесс тоже.