Петля Мёбиуса

Он передёрнул насквозь промокшими озябшими плечами и уже сделал шаг назад, всего один и очень маленький, но потом подумал, что никогда не простил бы человека, если бы тот вот так же исподтишка глядел на него, оказавшегося в ночном лесу, и даже не попытался помочь, узнать, в чём дело. Пришлось шагнуть вперёд и решительно, стараясь, чтобы голос не задрожал и не сорвался, окликнуть девочку.

– Привет! Ты как здесь очутилась?

– Не знаю, – она повернулась в его сторону и посмотрела на него круглыми изумлёнными глазами.

Глаза были большие, тёмные, со странным мерцанием в глубине.

– Я – Нита. А тебя как зовут?

– Ата.

– АТА?! – изумился мальчуган. – У нас есть Ата! А ты где… живёшь? – он чуть замешкался, сам себе ужасаясь.

– Не знаю, – повторила она.

– Не знаешь? Ты что, заблудилась? – Нита уже совсем ничего не понимал.

– Наверное, – девочка пожала плечами.

– Давай я отведу тебя в село, – Нита решил быть стойким до конца.

Она молчала.

Внутренне сжавшись, он подошёл и протянул к ней руку, ожидая всего что угодно: что вот сейчас рука пройдёт сквозь девчонку, что он коснётся мёртвой холодной кожи, – и, внутренне вздрогнув, задел её тёплое, уже слегка намокшее плечо.

– Пойдём, – ещё раз повторил он, заставляя её сделать шаг за собой. Всё ещё не до конца уверенный, что это не мираж, не наваждение. Девочка послушно пошла за ним.

Староста, к которому среди ночи в окно постучался рыжий худой и длинный парнишка, выглянул не сразу.

После показавшейся Ните бесконечной паузы за ставнями зажёгся блёклый огонёк свечи и косматая голова Гетана появилась в распахнувшемся окне.

– Чего стряслось? Чего расшумелся? – рыкнул он, разглядев худенький размытый мальчишечий силуэт, выхваченный из темноты зыбким пламенем свечи.

– Она говорит, что она – АТА! А у нас ведь есть Ата, – затараторил Нита, – а что с ней делать, я не знаю! А она в лесу была одна! Ночью!

– Ну-ка, не тарахти, – остановил его Гетан, – заходите в хату, разберёмся, – староста пытался разглядеть в сумраке двора ту, о ком говорит усыпанный веснушками, неугомонный, вечно попадающий в переделки пацан.

В избе при ярком свете девочка казалась ещё меньше. Совсем юная, худенькая в своей просторной одежде, она не спеша прошла внутрь, с сосредоточенным вниманием оглядываясь по сторонам, словно никогда в жизни не бывала в подобных помещениях.