Ненависть

– Где ваша госпожа? – Граф склонился над умирающим, но глаза того затуманились, и тело изогнулось в агонии.

– Черт! – Пнув от злости уже мертвое тело, Вийон стянул с головы шлем и вытер катящийся по лицу пот.

– Господин, – откуда-то сверху донесся голос капитана Давиго, – баронесса в башне, заперлась наверху.

Заревев как зверь, граф рванулся к лестнице.

– Близко к ней не подходить! – Загремело над толпящимися бойцами. – Она моя! – Огромными скачками, перескакивая через две-три ступени, он понесся наверх, не обращая внимания на оставшихся защитников.

Темная фигура впереди. Нырок вперед. Меч просвистел над самой головой, но граф уже подсел под нападавшего. Рывок, и с криком последний защитник полетел через перила вниз.

Этаж, второй, третий, Вийон пробежал по винтовой лестнице на одном дыхании, даже не слыша грохочущих за ним оруженосцев. Он еще не знал, что сделает. Убьет ее на месте, выкинет из окна, а может…

Злая гримаса скривила его красивое лицо.

Если она будет просить, ползать на коленях, молить о прощении, то может быть он и смилостивится. Сохранит ей жизнь. Конечно, женой она уже никогда не будет, может быть наложницей, – он ухмыльнулся, – пока не надоест.

Со всего разгона он врезался в запертую дверь. Дубовые доски затрещали, но выдержали. Вийон вырвал секиру у подбежавшего Давиго.

– Дай сюда!

Страшный удар потряс дверь, и тяжелое лезвие врезалось в дерево до половины. Еще один удар, еще. Хрустнула сломанная доска, и глухо ударился об пол выпавший замок.

Глава 2

Откинув со лба мокрые пряди, он прошелся взглядом по комнате. Большая с балдахином кровать, резной комод, наверху умывальный тазик с водой. Вийон сделал шаг вперед, и черная тень метнулась по полу. Он развернулся как раз вовремя, чтобы поймать тоненькую девичью кисть с зажатым кинжалом.

– Умри! – Огромные полные ненависти глаза уставились на захватчика.

Граф сдавил запястье, и узкий клинок, жалобно звякнув, запрыгал по каменным плитам.

– Не сегодня. – Он с удовольствием склонился над скривившимся от боли лицом и повторил. – Не сегодня.

Сильная мужская рука, наслаждаясь победой над хрупким телом, принудила его согнуться и упасть на колени.

– Моли, – Вийон цедил слово за словом, – моли о милости и прощении.

В ответ взметнулось узкое белое лицо в копне золотых волос.