Ведьмина тропа

На одном из таких силуэтов вновь и вновь задерживала взгляд Мирослава. Напрягая глаза, она никак не могла разобрать – что же за предмет может давать тень такой формы? Она пыталась вспомнить, представляя комнату при дневном свете – что стоит там, в углу?

Девушка снова и снова обегала взглядом помещение и предметы, укрытые ночным сумраком, и опять возвращалась к той самой тени, которая вдруг шевельнулась. Или ей показалось?

Нет, не показалось – по телу поползли холодные мурашки, и Мирослава потихоньку натянула одеяло до самого подбородка.

Девушка хотела позвать бабушку, которая спала в соседней комнате, но голос ей не повиновался, и она лишь тоненько пискнула, наблюдая за тем, как снова мигнули желтые огоньки, а затем тень начала приближаться.

Мирослава лежала, затаив дыхание и зажмурив глаза, не зная, чего ожидать и не понимая, что происходит, когда вдруг нечто легонько коснулось её щеки.

Мирослава оцепенела от ужаса, её била мелкая дрожь. Она знала, что стоит приоткрыть веки, и совсем рядом будут те два жёлтых огонька – глаза неведомого ей существа.

Снова прикосновение. На этот раз настойчивее. И вдруг откуда-то из глубин памяти всплыли их с Наташей разговоры о домовом. Сама себе не веря, Мирослава с трудом разлепила пересохшие губы и прошептала вернувшимся вдруг голосом: «К добру…или к худу?».

Прикосновения больше не было, но спустя несколько секунд над самым ухом раздался шёпот – словно прошелестела осенняя листва, гонимая ветром – пробил до дрожи: «К худу… к худу…»

Мирослава с криком проснулась, откидывая одеяло. Пижама стала влажной от пота, хотя ночь выдалась совсем не душной. Она, не глядя, нащупала выключатель светильника, быстро осмотрела комнату в его не ярком свете. Тяжело дыша, нажала кнопку на смартфоне, посмотрела на время: 3:00.

Девушка долго сидела на кровати, поджав ноги и постоянно осматривая комнату – неужели всё приснилось? Бывают ли настолько реальные сны? Под утро её всё же сморил сон – она уснула, прижавшись спиной к стене, натянув одеяло до носа и подобрав под себя ноги. Лампа продолжала освещать комнату.

За завтраком Глафира Петровна сразу же заметила не выспавшийся вид внучки и её хмурое настроение.