Плач синтетических сирен

Раздутый дирижабль Сирены отсюда кажется близким, но это иллюзия. Туда даже с самого высокого небоскрёба «СайренТэк» не добраться. Внизу, в бархатной тьме, мерцают и дрожат сотни разноцветных огоньков, ярких и блёклых, точечных и растянутых: алмазная пыль ночной жизни.

– Элия, будем спускаться, – серьёзно говорит мужчина.

– Что? Это не план, требующий мужества, это самоубийство! Двадцатый этаж!

– Высоко, знаю, но других вариантов нет, – он снова прибирает меня к рукам – на этот раз сжимает и трясёт за плечи, точно хочет прощупать кости под кожей.

 – Ты сможешь. Не паникуй. Сначала на пожарную лестницу, – он разворачивает меня к пункту назначения.

Гигантская змея лестницы извивает металлическое тело между рядами балконов. Чтобы жильцы без надобности не ходили, все стороны, кроме дальней, закрыты решётками. При опасности пожара они деактивируются, но сейчас дымом и не пахнет. Чтобы спуститься по лестнице, придётся лезть до свободного края…

У меня нет панической боязни высоты, но как обычному человеку мне некомфортно.

Нио уже карабкается по решётке, а меня мутит, стоит перегнуться через перила и посмотреть вниз. А сейчас придётся лезть следом. Есть ли у Миллрэта страхи? Но, с другой стороны, он не испуганная девчонка, чтобы их показывать.

Выхода нет. Голову ведёт, когда забираюсь на стол вровень с перилами. Шаг в сторону – и стану пустотой. Ноги сводит, а в горле свербит тошнота. Подаюсь вперёд и хватаюсь за перекладину. Металл под горячей рукой кажется ледяным. Боюсь, что слетят туфли и придётся карабкаться босиком.

Вот я уже полностью вишу на решётке. Один единственный шаг выпил всю копимую смелость. Как теперь сделать второй?

Ветер рвёт юбку и волосы. Ничего не вижу вокруг, гипнотизирую только тонкие прутья перед собой. Боюсь, если мотну головой, сорвусь в ту же секунду. Если посмотрю вниз или назад – тот же исход. Поэтому двигаюсь медленно, прощупываю ногами устойчивость перекладин. Дыхание сбивается, кровь шумит в ушах наперебой с ветром.

– Элия! – ветер уносит окрик Нио, донося до меня лишь отголоски.

Пока я ползу как улитка, он уже достиг площадки.

Непривыкшие к таким усилиям мышцы тяжелеют, напряжённые руки трясутся, ладони потеют и скользят: чем больше я боюсь, тем сильнее. Ещё шаг. Волосы хлещут по глазам, я смахиваю их и опускаю голову вниз.

Тут же проваливаюсь в яму без дна и стен…

Чёрная и дрожащая, она полна образов: смеющееся личико Юны, наши задушевные разговоры, маленькие секреты.