Пленница бунтаря

Обратно мы проезжали через заброшенное село. Я держалась за спину Демида и вертела головой, не веря глазам. Поселок тоже был мне знаком – большой и благоустроенный. Здесь рядом находился известный в области керамзитовый завод, а сейчас росли елочки и на солнечных буграх крапива с иван-чаем.

Напоследок Демид остановился в пустеющем здании фермы. Зачем-то завел меня внутрь полуразваленного строения с обвалившейся крышей, густо обросшей зеленым пушистым мхом. Внутри гадко пахло химическим раствором, под ногами валялись сушеные трупики крыс и битое стекло, а в комнате с остатками кафеля на стенах пол был усыпан пластиковыми шприцами с огромными иглами.

Вот там воняло невыносимо, в ржавом тазу грудой были навалены железные скобы, гвозди и молотки.

Я умоляюще простонала о своем желании скорее уйти, но Демид, даже носа не прикрыв рукавом, тащил меня дальше.

– Подожди, здесь где-то были документы. Ты же до сих пор думаешь, что я тебе уши дерьмом заливаю. Сама убедишься, что не вру.

Из просторного зала с привязью для скота вылетели пугливые ласточки.

Потолочная балка была облеплена их гнездами. Я задрала голову и чуть не упала в яму посреди сгнивших досок настила.

– Под ноги смотри! – возмущался Демид.

Но я уже наткнулась взглядом на кучу коровьих копыт в углу. Сверху желтели бумаги, вблизи оказавшиеся журналом туберкулиновых проб крупнорогатого скота.

Увидев расплывшуюся чернильную запись даты, сделанную от руки, я оцепенела. Две тысячи двадцать седьмой год. По внешнему виду, журнал пролежал здесь долгое время, пылился, мок, сох и рассыпался в труху.

Нижние листы слиплись, сгнили. Такое невозможно подделать.

– Ты что-то бледненькая у меня, пойдем наружу.

Не глядя, я ступала по шатким грязным доскам и, если бы не рука провожатого, неминуемо провалилась бы снова. Немного пришла в себя, когда Демид выругался, остановившись у нового выхода.

На уцелевшей кирпичной стене подтекшими печатными буквами красовалась надпись: «Убирайтесь с нашей земли, пока кости целы». Я нервно моргала, а Демид сдернул брезент с предмета на полу.

Кажется, там были черепа, только не поняла чьи – коров или рогатых людей. Меня затошнило, я выбежала наружу и скоро избавилась от завтрака среди цветущих одуванчиков. Поражал контраст – кругом беззаботные птички, трава прет, а тут угрозы, бунтари, пустые дома.

Демид вытер мне лицо влажной салфеткой и повел к электробайку. Я больше ни о чем не спрашивала, надо было хорошенько усвоить уроки сегодняшней прогулки.