Нийлас. Поцелуй тигра

Там собрано множество птиц и зверей с разных участков планеты.

– Спасибо, Зунга! А кто сейчас управляет имением?

– Большая часть территории находится в руках господина Амирхана, но Ослепительному принадлежит дом, где родился и провел юность Император.

– Вот как… А разве Амирхан не имеет звания Ослепительного?

– Насколько мне известно, господин Амирхан отказался от высокого титула, – отчеканила Зунга и с неудовольствием посмотрела на Фарсака. Тот слишком громко и одобрительно цыкнул сквозь зубы.

– Вы хотели прокомментировать мои слова, капитан Фарсак?

– Я рад убедиться, что на Нийласе остались люди, для которых чины и звания не дороже совести и свободы.

– Я не поняла намек. Поясните вашу мысль, господин Фарсак! – Зунга покраснела и слегка выпятила нижнюю губу, отчего вдруг показалась капитану моложе и симпатичней.

Он даже позволил себе наклониться к нийласке и несколько фамильярно ответить:

– Похоже, за время моего отсутствия здесь ничего не изменилось. Народ нищает, но плодится, как кроличья стая, ему легко заткнуть рот охапкой травы, правительство суетится без толку, представители старой династии от безделья меняют любовниц и лучшие пляжи, а в своей стране дороги разбиты, кругом собачье дерьмо, в армию набирают недотеп и тупиц…

От звонкой пощечины Зунги голова Фарсака дернулась в сторону, бравые усы пообвисли, а в серых глазах застыло изумление.

– Ты вел себя грубо и должен изменить тактику.

– Это приказ? – хрипло осведомился Фарсак. – Я все понял, госпожа, отпустите меня.

– Приказ, – внушительно подтвердила Алейша, искоса поглядывая на невозмутимую, но, кажется, очень довольную Зунгу.

– Я готов подчиниться и сменить тактику.

В то же мгновение Фарсак обхватил шею Зунги сильными лапищами, развернул к себе и яростным поцелуем впился в гневно раскрывшийся рот.

Шипя змеиные ругательства, Алейша успела всего трижды стукнуть кулачками по напряженной спине охранника, как тот уже выпустил добычу и замер, готовясь отразить ответное нападение.

– В одном я только что убедился, наши женщины самые сладкие во всей Антарес. Как же давно я не прикасался к настоящей тигрице! Ах, Зунга, если ты станешь моей женой, я обещаю носить тебя на руках и назвать первенца в честь твоего отца.

Холодный интерес на красивом лице Тамила сменился на легкое недоумение.