Неукротимая

По пути к больничному корпусу Субад устроил выволочку двум задремавшим охранникам у склада, перекинулся парой рядовых фраз с караульным на вышке, потрепал по высокой холке любимого следопыта. Кама приболела и уже неделю занимала карантинный вольер, но брала пищу только из рук хозяина. Редкая порода ищеек славится умом и преданностью.

– Если позволит тропа, завтра мы с тобой погуляем на пустоши, – обещал Субад. – Поправляйся скорее!

До утра оставалась самая приятная часть программы – поднять шум в лазарете, стащить с койки тщедушного Яримаки, рассчитаться за подделку снотворного.

Но к удивлению Субада доктора не нашлось в каморке, где тот обычно отдыхал от дневных забот. Неужели еще работает в кабинете? Может, в лагере снова случилось нестандартное происшествие, и хозяина боятся поставить в известность…

Когда прошлым жарким летом трое узниц задохнулись в бане из-за оплошности охраны, боясь выговора, парни заставили Яримаки подать рапорт о самоубийстве. Хозяину пришлось лично изучить дело и в итоге списать пару никудышных работников.

Субад считал, что ни одна арестантка не должна покидать лагерь до срока и по праву гордился низкой смертностью контингента среди прочих исправительных заведений.

Почему кто-то должен легко или помучавшись немного получить желанную свободу, если сам он обязан торчать здесь еще до конца дней? Каких дней и какого конца Субуд точно не знал. Одно ясно, после громкого скандала на Сиане ему не получить нормальную должность нигде, кроме петрианской дыры.

Значит, остается командовать псами в человеческом облике и следить за ведением торфозаготовок. Никому нельзя доверять! Весной Субад приказал повесить на воротах начальника по снабжению, уличенного в воровстве. Наверх, конечно, пошла информация о несчастном случае. А псы будут молчать, потому что Совет Свободной Петрианы далеко, а в «Уригучи» только один бог, царь и хозяин – Субад Багери. Бывший капитан сианской армии, которому немножко не повезло.

Чувствуя, как нарастает злость на доктора, который шляется по ночам неизвестно где, Субад крадучись миновал темный коридор и добрался до первой палаты.

Заперто снаружи. Инструкции выполняются четко. Зато второй отсек для пациентов в тяжелом состоянии безалаберно открыт. Разве в лагере есть настолько больные люди? Яримаки был обязан доложить.

Бесшумно распахнув дверь, Субад осветил палату веерным фонариком и достал пистолет. Иногда демонстрации оружия хватало, чтобы навести порядок.