Океан для троих

– Губернатор указ зачитал, что, мол, за прегрешения перед богами и королем приговаривается Черный Пес Морено к казни через повешение. Ну значится, палач в маске петлю как положено накинул, а Черный Пес тут и говорит, что перед богами он чист, а величество ихнее он драл через душу в мать по три раза. Глаза ему, значит, завязали, палач за рычаг дернул и…

– Какая встреча! – В стол перед их компанией со свистом воткнулся абордажный топор. – Марлин вылез из алантийской сети и даже чешую при себе оставил.

Забулдыга заткнулся и поспешно отполз в темный угол.

Морено, не обратив внимания ни на топор, ни на говорящего, неспешно допил пиво, поставил кружку на стол, утер губы и только потом сказал:

– Дон Гильермо, а ты все также сначала бьешь, а потом смотришь куда. Если у тебя и с бабами так – гляди, останешься без наследников.

Названный доном Гильермо громадный иверец с бородой, окрашенной в ярко-рыжий цвет, оскалился, но без смеха – глаза у него оставались холодными, а взгляд цепким, – с подначкой:

– Ты ж вроде не по бабам.

Морено рванулся из-за стола молнией.

У Дороти мимо носа что-то мелькнуло, и в следующее мгновение Морено уже стоял на столе, а бритвенно-острое лезвие его палаша упиралось рыжебородому под кадык.

Дернувшиеся было головорезы Гильермо – около десяти человек – замерли, не зная, как поступить.

Фиши неторопливо пересадил конопатую с колен на скамью, достал пистолет и взял на прицел того самого квартирмейстера – огромного негра с золотым кольцом в носу.

Остальные подобрались, и только Дороти продолжила сидеть, катая в связанных руках стакан с водой, хотя могла раскидать в стороны всех участников драки и столами присыпать.

– Слова обратно. С извинениями, – потребовал Морено.

– А за что ж мне извиняться?– Гильермо удивленно приподнял брови и не отодвинулся ни на дюйм.

Морено точно не услышал, не сводя пристального взгляда с Гильермо, чуть наклонился, вжимая лезвие в горло:

– Я оглох при стычке с Призраком, или ты молчишь?

Дон Гильермо снова улыбнулся, показав золотые зубы, но Дороти заметила, что рука, которую он держал на рукояти сабли, дрогнула.