Океан для троих

– Кэптен, командор, – Саммерс, возникший из-за угла, прервал их спор. – Все тихо, можно…

– Убивать нужно только если нет другого выхода. Ты мог их просто оглушить!

– Опасно, командор. От них не пахло вином, просто дремали. Могли успеть закричать, – спокойно и чуть удивленно ответил Саммерс, но все-таки отошел за спину Морено. Спрятался.

– Ну и порядки, – скорее сама себе, чем им, пожаловалась Дороти, а потом приказала: – Морено, на тебе левый борт. Там должно быть около десяти человек. Нет, не надо никого резать, просто останься там для страховки, если кому-то из них удастся ускользнуть от меня – разберешься.

Шестерых расставь у складов. Остальных отправь на купеческий корабль. Там пусто. Пусть собьют замки с трюма и возьмут порох и ядра – “Свобода” поиздержалась в последнем походе, а мой приказ пополнить запасы вряд ли успели выполнить.

Прошло все на удивление легко – видимо, судьба благоволила им после испытаний с призрачной бригантиной. Дороти сама разобралась с шестерыми своими моряками, которые дежурили на корабле.

И даже успела уточнить у них курс и состав нынешней команды “Каракатицы”. Все как ожидалось – половина офицеров, треть матросов. И Филлипс с пехотой.

Непонятно одно – какого черта она, леди, терпела у себя за спиной гадючье кубло?

Связав охранников вместе, осторожно спустила на пристань и заперла в одном из пустующих сараев, предварительно крепко замотав им рты. Когда она вернулась, Морено и команда уже вовсю ставили паруса. Порох был загружен в трюмы, и даже с избытком – пираты что чайки, стоило им дотянуться до бесплатного добра, как теряли меру.

Дороти прошла в свою каюту, сняла со спинки кресла капитанский китель, покрутила в руках и положила на место. При такой команде надевать королевскую форму – только позорить мундир. Еще успеется. В остальном в каюте все было на своих местах – святые отцы с обыском сюда добраться не успели, а матросы, видимо, решили, что торопиться некуда и обыскивать каюту покойницы куда надежнее и спокойней.

Позади раздался шорох, и в дверях возник Морено.

Он тоже успел переодеться, найдя себе среди вещей на корабле приличную черную рубашку и такие же штаны. Правда, подвязал их бордовым поясом, в котором Дороти опознала наградную ленту одного из своих офицеров.

– Все готово, командор, – доложил Морено. – Прикажешь отходить?

Дороти коротко кивнула и поднялась вслед за бывшим пиратским капитаном на верхнюю палубу, к штурвалу, за которым уже стоял один из людей с “Каракатицы”.