Сталь и Солнечный шторм

Рынок раскинулся довольно широко и был единственным источником дохода многих полунищих жителей Шу. Обитатели квартала Лодж тут практически не показывались, посылая за покупками слуг. Запретов и ограничений на рынке не было, действовало только одно правило: продать можно все что угодно. Таким образом, здесь царила невообразимая суматоха, и нередко случались перепалки, а то и драки торгашей за наиболее состоятельных клиентов.

Снующие взад-вперед горожане без умолку болтали. Адель навострила уши.

– Свежие овощи! Свежие овощи! – надрывался крепыш с косматой бородой.

– Да какие они свежие, зимой-то! – хохотали ему в ответ.

– Очаровательные вещи для милых дам…

– Катись отсюда, извращенец, пока зубы целы!

– Я сегодня проходила мимо мэрии и ненароком подслушала, что за последнюю неделю Тишина забрала трех человек! Это все те пьяницы, что ошиваются возле бара «Рыбья голова». Напьются так, что сирен не слышат!

Адель проскользнула между пышногрудой женщиной и сгорбленным мужчиной, который нес на спине огромную коробку.

– Неужели вы верите в сказки об Инкарнате Земли? – прикрывая рот ладонью, произнесла какая-то старушка. – Я немало повидала на своем веку и могу с уверенностью сказать, что, будь это правдой, его величество непременно сообщил бы нам.

Адель замедлила шаг.

– Откуда вы знаете? – фыркнула молодая девушка. – Вы так искренне…

– А люди верят, – перебил ее пожилой седой мужчина, судя по всему, супруг той старушки. – Сегодня весь день церковь Илая Покровителя открыта для желающих помолиться Инкарнату Земли. Ходят слухи, что именно он возглавляет повстанцев, о которых писал «Орион». Слишком подозрительно то, что они так своевременно подоспели к его появлению…

– Вот! – Девушка многозначительно кивнула старичку, словно его слова были неоспоримым доводом.

Адель двинулась дальше, жалея, что не может остановиться и послушать, а то и расспросить самой. Ведь одно дело – газетная статья, каждое слово которой проходит тщательную цензуру слуг Инквизитора, а другое – свежие слухи от живых людей.

– Мам, а правда, что повстанцы идут сюда? – Мальчик лет десяти вопросительно подергал за руку идущую рядом женщину.