Сталь и Солнечный шторм

Белый кафтан, расшитый золотом, выбивался из унылых декораций Шу, делая Малахию похожим на бриллиант в куче грязи. Длинные золотистые волосы были стянуты на затылке в хвост, а на щеках темнела многодневная щетина. Король ничуть не изменился с последней встречи.

Медленно повернув голову, он встретился с Адель взглядом и холодно улыбнулся.

– Адель, – его голос звучал тихо, но властно, – а мы как раз о тебе вспоминали.

Адель попятилась, но не успела сделать и пяти шагов, как Шай слегка шевельнул пальцами, и рядом с ней в землю врезалась ослепительно белая молния.

– Даже не думай, – предостерег Инкарнат Юпитера.

– Оставь нас, – велел ему Малахия. – И угомони немного повстанцев, пока Мария занята поисками нашего юного друга.

– Слушаюсь, ваше величество. – Шай поклонился и спешно направился в сторону центра Шу, откуда по-прежнему доносился грохот боя.

– Непохоже, что ты рада меня видеть. – Король склонил голову к плечу. – Я скучал.

Адель не нашлась с ответом. Во-первых, он был прав, и эта встреча ее ничуть не обрадовала, а во-вторых, скучать по нему она точно бы не стала.

– Ты позволила ему слишком много, – почти прошептал он.

– Вы сами приказали мне сделать все, чтобы он мне поверил. – Ей пришлось тщательно подбирать слова.

– И он поверил?

Адель судорожно сглотнула.

– Нет.

– Жаль, – с притворным огорчением ответил Малахия и, обойдя Адель, снова остановился напротив нее.

Адель поджала губы. Чутье подсказывало ей, что король не придет в восторг, узнав, что Лука дал ей капельку своей крови.

– Он… очень силен.

– В самом деле? Адель, надеюсь, ты не забыла условий нашей сделки?

– При всем желании я бы не смогла.

– Очень хорошо. – Малахия сунул руку в карман и, достав оттуда конверт, протянул его Адель. – Вот, это доказательство того, что твой брат до сих пор жив.

– Как я могу быть уверена, что это не очередной трюк?

– Не испытывай моего терпения, – мягко сказал он. – Я делаю то, что пообещал, пока ты исполняешь свою часть договора.

Адель тщетно пыталась унять дрожь в руках, ощупывая плотную коричневую бумагу. Дыхание перехватило, сердце трепетало. Она так давно не получала весточек от брата, что готова была расплакаться от счастья.