Восстание королевы

Выбери самого древнего аристократа, какого помнишь, и дойди до него по мужской линии.

На сей раз в моем кармане не лежало письмо от дедушки, способное меня отвлечь. И все равно я зевнула, перечислив несколько имен. Картье слушал меня, глядя в стену, и сделал вид, что не заметил зевка. Чтобы не зевнуть снова, я взяла со стола книгу в твердой обложке и, взметнув юбки, встала на стул.

Наставник изумленно посмотрел на меня.

– Что ты делаешь?

– Мне нужно немного развеяться. Присоединяйтесь, господин, – улыбнулась я, кладя тяжелый том себе на голову.

 – Я продолжу называть имена, но первый, кто уронит книгу, проиграет.

Я сделала это лишь потому, что устала и хотела добавить азарта. Потому что хотела испытать его, как он испытывал меня уже три года. Потому что нам нечего было терять.

Я никогда не думала, что он согласится.

Когда Картье взял «Книгу Часов» и поднялся на стул, я была приятно удивлена. Как только он положил книгу на голову, я ухмыльнулась. Он больше не казался взрослым, бесконечно далеким и хладнокровным всезнайкой.

Нет, он был гораздо моложе, чем я думала.

Мы стояли на стульях, лицом к лицу, с книгами на головах. Господин и его избранная. Избранная и ее господин.

Картье улыбнулся мне.

– Что ты отдашь мне, когда проиграешь? – поддразнил он.

– Кто сказал, что я проиграю? – возразила я. – Вам стоило выбрать книгу в твердой обложке.

Я замерла, как и моя книга, и продолжила перечислять имена. Я оговорилась всего раз, и Картье осторожно меня поправил.

Я спускалась по лестнице аристократов, и улыбка все еще играла у него на губах.

Я почти закончила, когда книга Картье наконец стала падать. Он взмахнул руками, как птица – крыльями, чтобы вернуть равновесие. Но движение оказалось слишком резким, и я увидела – победительница, не верящая своим глазам, – как он с грохотом свалился со стула, пренебрегая достоинством ради «Книги Часов».

– Господин, вы в порядке? – спросила я, пытаясь не захихикать.

Картье выпрямился. Волосы выбились из-под ленты и рассыпались по плечам, отливая золотом.

Он смотрел на меня и смеялся – звук, которого я прежде не слышала и который, едва он стих, захотела услышать вновь.

– Напомни мне никогда не играть с тобой снова, – попросил он, приглаживая волосы и затягивая ленту. – Что я должен отдать за проигрыш?

Я взяла свою книгу и спрыгнула со стула.

– Хм… – Я обошла стол, чтобы оказаться рядом с ним, пытаясь разобраться в путанице, царившей у меня в голове.