Прогулка под луной

Я пришла посоветоваться с тобой. Я почему-то была уверена в твоих… благородстве, щедрости… доброте… Ты… ты такой… – Маша поймала себя на мысли, что ищет в уме, какими же еще качествами наделить Бориса, и поняла, что унижается.

Она словно стала еще меньше ростом, а Борис от этого стал еще выше.

– Да не хочу я чужого ребенка в доме! – Борис вскочил с табуретки и принялся ходить от стены к стене. – Я к своим-то детям не готов пока, а ты мне навязываешь чужого. Уж если тебе хочется, чтобы я проявил щедрость, – я готов! Я отстегну любую, в разумных пределах, сумму, которую ты сама назовешь, на счет этого детского дома.

Но детей оттуда к себе в дом не пущу. Извини!

И Борис ушел в спальню. Маша слышала, как под ним скрипнула раскладушка. Потом щелкнула зажигалка – он закурил.

«А ты чего ожидала? – Маша попыталась посмотреть на ситуацию объективно. – Что он захлебнется восторгом? Вполне естественная реакция. Ему нужно подумать. Вникнуть. А потом постепенно он свыкнется с этой идеей.

Да, он станет прекрасным другом Альке. Наверняка».

Маша некоторое время постояла в гостиной одна, а потом тихонько двинулась вслед за Борисом.

Он сидел на раскладушке, выпуская дым в пустое пространство комнаты. Обои здесь были под шелк, с большими голубыми птицами. Маше они особенно нравились. Они выбирали их вместе.

Она пристроилась рядом с женихом. Прислонилась головой к его плечу.

– Борь, а если б у меня была сестра?

– Сестра, безусловно, жила бы с нами.

– Ну вот видишь? Алька и есть мне как сестра.

Я ее с трех лет воспитываю пополам с Софьей Наумовной. Она очень мне дорога.

– Вот пусть Софья Наумовна и удочеряет.

– Да не разрешат ей. Она старая. У нас бы была полная семья. И мать, и отец.

Последняя фраза его окончательно взвинтила.

– Нет, ты хоть представляешь, что затеяла?

Борис резко поднялся и воззрился на невесту с высоты своего роста.

– Ты можешь поручиться за ее наследственность? У нее мать – алкоголичка, папаша – вообще неизвестно кто.

Скорее всего такой же хроник. Или – зек. Ты хоть представляешь, чего она насмотрелась в своей семейке? Почему мои будущие дети должны расти с этой… с этим…

– Это не так, Борис, – возразила Маша. – Наташа же не от рождения алкоголичка. Она актриса. Просто жизнь не удалась, вот и…

– Ага! – почти обрадовался Борис. – Да ты их всех оправдаешь, мать Мария. Всех пригреешь. Только, чур, без меня! Ты посмотри вокруг! Каждый третий несчастен.