Чужестранцы

Это был не первый его кошмар. Они снились ему уже несколько недель подряд. Он перестал высыпаться. Келли и раньше-то спал не ахти как хорошо, а в последнее время его невольная бессонница сделалась невыносимой. Он так завидовал тем людям, которые жаловались, что у них не бывает сновидений. В голове беспрестанно зудел шепчущий голосок: «Поспать… Надо поспать», но спать было нельзя. Когда трубка догорела, Келли натянул плащ, висевший на единственном в прихожей крючке, и запер дверь на ключ.

Гомон, доносившийся из окон близлежащего трактирчика, слегка развеял тревогу.

Оказалось, что в основном посетители ещё и не думают расходиться. В дальнем углу тесноватого помещения Келли заприметил своего полного, но не слишком приятеля Генри. Тот восседал на дубовой лавке, подперев щёку ладонью. Келли уселся напротив.

– Ты чего тут? – медленно спросил Генри, устало обрадовавшись. – Опять кошмары?

– Да.

Келли раздавил пальцем крошку на столе.

– Дерьмово. А я вот пью.

– Что пьёшь?

– Эль, что ж ещё.

– Один?

– Как же, нет, – Генри указал головой на пёструю кошку, примостившуюся рядом. – С подругой. Она не из болтливых, зато только вот со мной сидит. Не то что эти портнихи. Шьют себе свои хреновы юбки, чтобы задирать их перед всеми подряд.

– Не думай об этом, – Келли утешительно усмехнулся. – Она ж не думает, вот и ты не думай.

– Не думай, – Генри нахмурился и глотнул из кружки. – Вот тебе когда перестанут мерещиться твои призраки, тогда и советуй. Чего тебе, к слову, примерещилось-то?

– Не помню.

Генри несильно хлопнул ладонью по коленке и икнул.

– А я вот, пожалуй, возьмусь угадать. Ты всё время одно и то же рассказываешь. Про какое-то странное создание. Очень оно тебя пугает. Как можно забыть, что тебя напугало, а? Это же нелогично.

– Не то чтобы я напрочь забыл. Помню высокий чёрный силуэт, но больше ничего отчётливого.

– Ещё бы. Это ж сон. Простая ерундовина. Это тебе не портнихи. Шлюхи разодетые. Кроят себе свои шёлковые рубашки – чтобы всем всё видно.

А я ходи смотри, как они смотрят, вороны проклятые. Стервятники. Только и ждут, как бы слететься. Мне ещё порцию! – Генри потряс в воздухе опустевшей кружкой и грохнул ей по столу. Кошка осуждающе мурлыкнула, посмотрев на него. Никто, казалось, не услышал ни того, ни другого.

– Мне ещё порцию! – повторил Генри на этот раз громче и куда менее вежливым тоном. Немолодая хозяйка, стоявшая к нему спиной, обернулась. Он несколько раз ткнул пальцем в свою кружку.