Обреченный

«Нет, – отрезал он, – ты должен остаться с родителями и

помогать им. Если мы оба уйдем, это будет слишком тяжелым ударом для них». – «А

ты им ничего не скажешь?» – спросил я. «Нет, – ответил он, – не скажу. Я тебя для

того и разбудил, чтобы ты им сообщил об этом… Ну и чтобы попрощаться с тобой». Он

подошел ко мне, я встал и мы обнялись. – Мансур почувствовал ком в горле.

Выдержав небольшую паузу, он продолжил: – Я рос вместе с ним… Ему тогда было

семнадцать. Когда он вышел, я пошел вслед за ним.

И они ушли, а я стоял и смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду в

предрассветных сумерках.

Закончив рассказ, Мансур взглянул на племянника, который рукавом вытирал глаза.

Мансур положил руку ему на плечо.

Они молча постояли так некоторое время, а после мальчик сказал:

– Ну что, пойдем?

– Ты иди, я тебя догоню, – ответил Мансур.

32

Юсуф развернулся и, уходя, вместо того чтобы направиться прямо к выходу, повернул в

сторону и стал бродить по дорожкам между могилами родственников, всматриваясь в

имена и даты на надгробных плитах.

Мансур, наблюдая за ним, сказал:

– Можете радоваться и гордиться им. Он растет не по годам рассудительным и

хорошим человеком. Конечно, иногда он неуправляем и упрям, но это же, – сказал он, улыбнувшись, – ваш сын.

Говоря это, Мансур стоял между двумя могилами.

Он присел и, слегка разведя руки в обе стороны, коснулся подножия двух земляных

холмиков, под которыми покоились Мурад и Амина, и сказал:

– Надеюсь, что вы хотя бы там обрели покой и счастье.

Глава 9

На следующей смене, после завтрака, ребята сели смотреть фильм. Когда же он

закончился, они пожелали выйти во двор, чтобы поиграть в футбол.

– Хорошо, – сказал Мансур, и они вышли, разбились на две команды и начали гонять

мяч.

Когда приблизилось время обеда, Мансур крикнул всем зайти. Спустя пять минут, споря

между собой (проигравшие утверждали, что те нарушали правила), они двинулись к

входу.

требование, на что получил следующий ответ:

– Я зайду тогда, когда сам того захочу.

Мансур знал, что если даст спуску одному, то это станет дурным примером для

остальных и последует цепная реакция непослушания, после чего он потеряет над ними

всякий контроль.