Обещанная дракону

Щеки Юны залил пунцовый румянец.

В приюте никто не давал ей знаний о супружеской жизни. Но за полгода жизни во дворце ей пришлось видеть всякое. Молодой принц развлекался как мог, и услышать чьи-то стоны, проходя мимо его покоев, было самым обычным делом.

Она зажмурилась на секунду, собираясь с силами, потом подняла на отца твердый взгляд:

– Я смогу! Вот увидите! Если выбор стоит между наложницей дракона и его законной супругой, то я сделаю все, чтобы он женился на мне.

Король понимающе усмехнулся:

– Вижу, храбрости тебе не занимать.

Юна нахмурилась:

– Он же никогда не видел меня? Не знает, как я выгляжу?

– Нет, твоя внешность его не интересовала. Но князь знает, что его обещанная невеста – маг Огня.

– Мы снова запечатаем мою магию, – напомнила Юна. – Я все равно плохо ее контролирую.

– Да, я это заметил… – проворчал Ульрих, не слишком довольный настойчивостью дочери.

Юна напряглась, понимая, что ничего хорошего не услышит. И оказалась права.

– Ты отправишься к драконам под чужим именем, – отчеканил король, пронзая ее жестким взглядом. – Это значит, что нигде и никак ты не сможешь сказать о нашем родстве, о том, что ты принцесса Астерии. С момента, когда ты сядешь в обоз, ты будешь сама по себе. Сможешь завоевать сердце дракона – я признаю тебя своей дочерью.

Сердце Юны болезненно сжалось.

– Готова, – с трудом шевельнулись непослушные губы.

Разве у нее есть выбор?

Так или иначе ее отправят к драконьему князю. Король не меняет своих решений.

– Хорошо, я позабочусь о твоем инкогнито, а ты иди, готовься к путешествию. Да благословит тебя Небо.

***

Теперь у Юны была целая неделя, чтобы подготовиться к поездке, от которой зависела не только ее судьба, но и судьба всего королевства.

Уже на следующий день ее привели на консилиум к королевским магам, и те потратили несколько часов, чтобы запечатать ее дар.

Процесс был долгим, энергоемким и очень сложным. Но результат превзошел все ожидания. Юна больше не могла использовать магию, и от этого чувствовала себя слабее ребенка. Радовало лишь то, что дар обещали вернуть, когда (или «если») она станет супругой драконьего князя.