Мерцание страз

Их высотка на пригорке, если отойти от качелей, от детской площадки подальше (пусть мама и не разрешала), и ещё дальше за хоккейную коробку – внизу парк, вдали за парком маячил лес, он поднимался ярусами. Инессе мерещилась в том лесу здание. Многоэтажный терем как в мультике про кошкин дом. На самом деле, если приглядеться, просто лиственницы облетали, от ветра колыхались верхушки и получалось как бы видение. Инесса ежедневно старалась наблюдать за дальним лесом. Ей даже стало казаться, когда лиственные опали и больше не рябили, что терем видится ярче.

Никто никогда не говорил о тереме в лесу. Инесса спрашивала и у Галины Мурмановны, и у мамы, и даже на хорео рассказывала девочкам. Все говорили – бредовое воображение.

Так прошла осень, снежно-мягкий молодой ноябрь под конец сменился сыпучим морозным колким ледяным снегом, снеговики больше не лепились – снова скукота. Но в самом конце года маме пришлось-таки пошевелиться – надо было одеть Инессу в синюю юбку на праздник – так сказали на ритмике, и мама села за машинку.

Белую водолазку купили на вырост – маленькие размеры были раскуплены и на рынке, и в магазине, рукава и низ водолазки мама подшила вручную, а юбочка как обычно оказалась самая красивая.

Оказалось, что Новый год в Шайбе не волшебный, а колдовской. Иногда Инессе кажется, что именно шайбовский Новый год спас маму и, соответственно Инессу. Кроме озёр, расположенных по периметру города, залили множество катков во дворах. В городе, казалось, катались все жители от мала до велика. Мама разговорилась на горке с бабушкой какого-то «бешеного» мальчика и та объяснила, в какой стороне находится склад, где совсем недорого можно купить дорогие коньки – в ангарах за парком.

– Учитесь не на улице сами, а в ледовом дворце за минимальную плату.

– Нет уж, мы как-нибудь сами, – проскрипела тихо мама.

И Дед Мороз, которого тут все называли Льдом или Ледиком, принёс Инессе на Новый год коньки! Они с мамой так и не собрались ни в какой ледовый дворец учиться кататься, вот ещё! Пусть там теперь без них существуют! Противный дворец, и кофемашина там противная, и пирожные-корзиночки не сладкие, а машина по выплёвыванию жареных колечек пусть начнёт выплёвывать их горелыми!

Утром первого января, когда отшумели петарды и лишь редкие звуки проезжающих по шоссе машин напоминали, что город жив, Инесса с мамой вышли на ближайший от дома каток, к снегокату ремешком они привязали сумки с коньками.

Инесса осторожно приоткрыла дверь на хоккейную коробку.