Красавица

– Если деньги вас не интересуют, – продолжала девушка, наклоняясь ближе, и Селина учуяла неролиевое масло и розовую воду, – могу пообещать приключение… Путешествие в логово львов.

Вот. Вот и все.

Казалось, будто девушка нашла окошко в самый темный уголок души Селины.

– Мне будет в радость создать для вас платье, мадемуазель, – сказала Селина. Как только она вымолвила эти слова, то почувствовала, как участился пульс.

– Я рада. – Улыбаясь, девушка вытащила сероватую карточку с золотыми буквами в центре.

Там было написано:

Жак

Ниже адрес в самом сердце Французского квартала, не очень далеко от монастыря.

– Приходите сюда вечером, часов в восемь, – продолжала она. – Не смотрите на очередь снаружи. Когда прекрасный мужчина с греховным голосом и кольцом в правом ухе потребует от вас причину визита, скажите провести вас к Одетте, tout de suite[23 - Немедленно (фр.).]. – Она потянулась к руке Селины. Несмотря на кружевную перчатку, ее прикосновение оказалось холодным.

Успокаивающим. Девушка на миг распахнула глаза, неуверенно коснувшись руки Селины. А затем наклонила голову, изобразив полуулыбку на кукольном лице. – Была рада с вами познакомиться, Селина, – сказала она тепло.

– И я рада была познакомиться… Одетта.

С очередной хитрой улыбкой Одетта отправилась прочь, а подол ее платья потянулся позади. В следующую секунду Анабель повернулась к Селине:

– Осознаю, что я последняя, кто должен рассуждать об ошибках, Селина, но не понимаю, что нашло на тебя, что ты согласилась встретиться вечером с этой Одеттой.

Ты головой ударилась? Нельзя покидать монастырь после ужина. Мать-настоятельница строго-настрого запретила. Сказала, происходящее в городе после заката…

– …поощряет безнравственное поведение, которое не потерпят под ее крышей, – закончила за нее Селина раздраженно. – Знаю. Я слышала.

– Тогда зачем рисковать? – Анабель откинула локон кудрявых рыжих волос с лица. – Я лишь беспокоюсь, что может с тобой случиться, если тебя поймают.

– Я думала, ты устала от скукоты, – заметила Пиппа.

Селина улыбнулась, мысленно благодаря подругу, сгладившую напряженный момент.

– И хочешь встретить крепкого юного джентльмена, – добавила она.

– И, по моим представлениям, ему даже необязательно быть юным, – подвела итог Пиппа.

– Или джентльменом, – закончила Селина.

– О, вы отвратительные! – Анабель покраснела, крестясь. – Этого уже достаточно, чтобы я все рассказала в церкви.