Остров

Ну, я не говорю, что его надо было сжигать на костре, но чем-то подобным он явно занимался. Я немного изучала эту тему – магические знаки и все такое. Меня это увлекло.

– Серьезно? Тебя увлекла дьявольщина?

– Понимаешь, я думаю, что это у меня в крови – в генах…

– Что? Колдовство у тебя в крови? – едва веря своим ушам, спросил Бенедикт.

– Ну да, колдовство.

– Скажи мне, что ты шутишь.

– Бенни, такими вещами не шутят. Я даже немного экспериментировала – это так захватывает! – Она легонько толкнула его локтем.

– С чем ты экспериментировала?

– С колдовством. – И она шутливо добавила: – Как, по-твоему, мне удалось заманить тебя в свои сети?

– Прекрати.

– Верить или нет – твое дело.

– Я с трудом верю, что нахожусь здесь, с тобой.

Она рассмеялась:

– Не выпить ли нам по глотку?

Бутылка красного вина все еще стояла нетронутой возле свечи, а рядом с ней – два бокала.

– Не хочу вылезать из-под одеяла – я до сих пор не согрелся.

– Не согрелся? – И она добавила, будто дразня Бенедикта: – А не испугался ли ты?

Он молчал.

– Значит, все-таки испугался?

– Разумеется, нет. – Он поближе придвинулся к ней, чувствуя исходящее от ее тела тепло.

– Бояться нечего – пока горит свеча, он не издаст ни звука. А вот в темноте, Бенни…

С этими словами она протянула руку к свече, потушила пламя пальцами, а потом снова повернулась к Бенедикту и нежно поцеловала его в губы.

5

Бенедикт проснулся рано. Вообще-то, он ожидал, что в летнем домике, вдали от городского шума и будильников, его сон будет крепче.

Однако спалось ему не слишком хорошо, – вероятно, причина была в рассказанной на ночь истории о колдовстве и сожжении на костре, а может, он просто разволновался оттого, что ему наконец предстояло провести с ней ночь.

Она все еще безмятежно спала. Бенедикт потихоньку спустился с чердака, надел джемпер, брюки и ботинки и выглянул за дверь. Судя по всему, их ожидал замечательный день – в прохладном воздухе была разлита абсолютная тишина.

Выйдя из дома, Бенедикт неторопливо пошел в сторону моря. Он чувствовал полное умиротворение, любуясь живописными окрестностями; удаленность от цивилизации придавала им особое очарование. Бенедикт вырос в городе и не являлся большим ценителем дикой природы, но здесь он отдыхал душой. А может, дело было не в том, где он находится, а с кем.

Он спускался к берегу довольно долго. Очутившись у кромки воды, присел на камень и устремил взгляд в морскую даль.