Львиная шкура

Я проявила слабость милорд, женскую слабость – мне показалось, что я люблю лорда Ротерби. И вот… и вот…

Не в силах более сдерживаться, она залилась слезами и отвернулась от него. Лорд Остермор был явно растроган; он подошел к ней и ласково положил руку ей на плечо.

– Но… но причем здесь этот лжесвященник?

– А разве вы, ваша светлость, не догадываетесь? Мне стыдно даже подумать об этом.

– Догадываюсь ли я? – на секунду задумался граф. – Пожалуй, нет.

– Вспомните, ваша светлость, реакцию милорда Ротерби, когда он узнал о ваших стесненных обстоятельствах, – горько улыбнувшись, пояснила она.

 – Он не боится остаться без наследства, ему достаточно того, что он унаследует ваш титул. Милорд Ротерби чрезвычайно высоко ценит себя. Будь у меня хорошее приданое, мы непременно поженились бы, но он, видимо, рассчитывает на более выгодную партию, и, чтобы удовлетворить свою низменную страсть, он решил… О боже! Я не в силах говорить!

Лорд Остермор в сердцах выругался.

– Это ему даром не пройдет! – пообещал он.

– Господь накажет его, я не сомневаюсь, – с уверенностью в голосе отозвалась девушка, но лорд Остермор, никогда особо не полагавшийся на вмешательство свыше, с сомнением взглянул на нее.

– Я лишу этого щенка наследства, – заявил он. – Отныне ноги его не будет в моем доме, и его присутствие не будет оскорблять тебя, напоминая о случившемся. Слава богу, ты вовремя раскусила этого прохвоста! – восторженно добавил он. – Твоей проницательности позавидует любой адвокат.

– Если бы не мистер Кэрилл… – начала она, но он не дал ей закончить.

– Мистер Кэрилл! – со страхом в голосе воскликнул он. – Господи помилуй, где же он? Неужели… неужели…

В этот момент дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился мистер Кэрилл, как всегда безупречно элегантный, чем, на сей раз, был обязан исключительно мастерскому владению иглой Ледюка. Лорд Остермор и Гортензия одновременно повернулись к нему.

– Они нашли что-нибудь? – сдавленным голосом спросил его светлость.

Мистер Кэрилл легкой изящной походкой приблизился к ним.

– Мне кажется, что само мое присутствие здесь лучше всяких слов дает ответ на ваш вопрос, милорд. Добавлю к этому лишь, что мистер Грин скоро уезжает. Он очень удручен своей неудачей, и хотя я искренне сочувствую ему, я, однако, пообещал, что пожалуюсь милорду Картерету.

– Значит, у вас в самом деле нет никакого письма? – искренне изумился его светлость.