Морской ястреб

– Да благословит тебя бог, за это хорошее известие, – ответил он, и в голосе его был восторг. – Я сейчас отправлюсь. – И он тотчас же вышел. Он так торопился, что даже не захватил тот кусок пергамента, который должен был говорить за него. Это было очень важное упущение.

Мастер Лайонель не произнес ни слова, когда брат его выходил. Он был смертельно бледен, и ему казалось, что он задыхается. Когда дверь закрылась, он вдруг пошевельнулся и выскочил за сэром Оливером. Но страх заглушил голос совести. Если он не исполнит того, что задумал, то может заплатить за это жизнью.

Он повернулся, и дрожа побрел в столовую. Там он увидел, что стол накрыт к ужину, как в ту ночь, кого он, спотыкаясь, вошел с раной в боку и сэр Оливер ухаживал за ним и спасал его. Он не подошел к столу, а сел у камина, протянув руки над огнем. Он весь похолодел и дрожал с головы до ног. Даже зубы его стучали.

Никлас вошел, чтобы спросить, будет ли он ужинать. Он неверным голосом ответил, что хотя уже поздно, он будет ждать возвращения сэра Оливера.

– Разве сэр Оливер уехал? – удивленно спросил слуга.

– Он только что вышел, не знаю куда, – ответил Лайонель. – Но раз он не ужинал, значит, он ушел не надолго.

Часы над конюшней пробили восемь. Лайонель мысленно видел, как брат его торопливо приближается к воротам замка Годольфин, из темноты отделяются темные фигуры и молча бросаются на него. Он видел, как он несколько секунд борется, лежа на земле, но ему связывают руки и ноги, засовывают в рот кляп, несут по откосу на берег к ожидающей его лодке.

Он просидел так еще полчаса. Теперь все было кончено, и эта уверенность, казалось немного успокоила его.

Вошел Николас, бормоча что-то о том, не случилось ли с его хозяином какого-нибудь несчастья. Мастер Лайонель презрительно отверг это замечание. Продолжая притворяться, он сказал, что не будет больше ждать, после чего Николас принес ему ужин. Он уже был в конюшне и видел, что сэр Оливер ушел пешком.

Между тем мастер Лайонель должен был делать вид, что он ест, хотя в действительности есть было для него немыслимо.

Сэр Джон был очень удивлен и поклялся, что уже несколько дней не видал сэра Оливера.