Школа в наследство для попаданки – 1. Замуж по завещанию

Очень уж подозрительно настойчив и заботлив этот красавец. – У меня траур. Я скорблю по тетушке и не могу сейчас принимать такие важные решения. К тому же у меня все еще болит голова! Агнешка, где мой кофе?

Служанка засуетилась возле кофейного сервиза, а Юлия-Джулиана откинулась в кресле и прикрыла глаза, имитируя полную потерю сил.

***

У каждого хорошего педагога есть навык – наблюдать за детьми периферийным зрением. И вот под это самое зрение попал блондинистый лорд. Сначала он просто хмуро поглядывал на утомленную леди и бросал взгляды на чайный стол.

Но когда Агнешка наполнила чашку горячим кофе, он рванул вперед, перехватил у нее посуду и сам понес к Джулиане.

Правда, по дороге один из его перстней сверкнул – камень немного сместился – а в чашке на миг появилась аппетитная пенка.

– Вот, Джулиана, прошу тебя, выпей! Мне больно видеть, как ты страдаешь! Пойми, мой нежный цветок, не стоит оставаться в доме, где все напоминает про тетушку!

Юля взяла чашку и задумалась. По краям напитка еще виднелись остатки пены.

Она не была уверена в том, что увидела. Вряд ли лорд травит собственную невесту. Зачем ему это? Но в напиток явно что-то добавили.

Сделав вид, что пьет, попаданка принюхалась – кофе пах кофе, разве что к нему примешался еле заметный запах пустырника. Она и сама когда-то принимала его для успокоения нервов. Неужели это простая забота о здоровье невесты?

Но тогда почему тайком?

Пока Юля принюхивалась к кофе, гость все настойчивее повторял:

– Стоит продать особняк поскорее, лето подходит к концу, господин Майенлифф не будет ждать! Нужно заключить сделку сейчас, пока это выгодно!

Юля поднесла чашку к губам, а сама начала потихоньку сцеживать напиток в темный плед, накинутый на подлокотник.

Когда кофе закончился, она слабыми руками поставила чашку на блюдце и проговорила:

– Простите, лорд Марк, мне стало еще хуже. Поговорим об этом в следующий раз!

Десмонд с трудом удержал на лице вежливую улыбку. Он рассчитывал на другой ответ и даже поглаживал рукой карман своего сюртука, откуда слышался шелест бумаги.

Однако невеста оставалась неумолима – не соглашалась, не подчинялась даже самому убедительному тону и вообще вела себя так, словно в один миг превратилась в одну из тех продвинутых девиц, которые беспокоили парламент своими дурными идеями о женском разуме. Он мог бы надавить, но эти новомодные магические бумаги требовали искреннего согласия владелицы! Да еще служанка рядом торчала.